В темноте под дождем, два путника Бернард и Освальд борются за выживание. Они настолько ослаблены, что их ось сломалась у тракта, ведущего к Вестгарду. Каждый шаг становится отчаянной попыткой добраться до укрытия перед грядущей бурей.
Потому что Виг, не в принципе должен был подыхать из-за моих проблем и из-за моей же глупости. Бернард был прав. Это не его война. Но я втащил его в неё. Так же, как в своё время Ансельм втащил меня. А потом я сглупил. Поторопился. Рискнул. И он заплатил за мою глупость своей жизнью. Заплатил вместо меня. И теперь это уже никак не исправить. Разве что, не втягивать в эти дела других. Распустить отряд и разбираться со своими проблемами самостоятельно. Платя за каждый свой косяк своей собственной кровью, а не кровью других, непричастных к моим проблемам людей.
— Это… — бас Тура оторвал меня от невесёлых мыслей, — Что с курвой и засранцем то делать будем?
— Пока возьмём с собой. Бандитов добьём позже, а вот посредник нам нужен…
— Вы ещё пожалеете, что с нами связались, — прошипела Мелисса, — За нашей спиной стоят очень могущественные люди.
— Курву давай сюда, — мрачно бросил я, убирая клинок за пояс.
Тур не говоря ни слова, протащил девку ещё пару метров и поставил передо мной. Та продолжала шипеть, брызгать слюной и угрожать. Она, похоже ещё не поняла, в какое положение попала.
— … И всем вам выпустят кишки, как вашему подохшему дружку.
Я закрыл глаза и шумно выдохнул. Кулаки сжались от злости. А дальше все произошло как будто само собой. Рывок вперёд.
— Тело не будет больше говорить. Тело сегодня умрёт, — выплюнул я разбойнице прямо в изуродованное лицо, — Вяжите пленных и выводите их на улицу.
— С ним что делать? — Дирк кивнул в сторону павшего товарища.
— Заберём с собой, — мрачно ответил я, — Негоже будет оставлять его тут, будто он какая-то подзаборная шавка, сдохшая от колик в животе.
— Жить буду, — сплюнул бывший капитан.
— Бедренная артерия не задета. Как вернёмся, придётся вырезать стрелу, промывать и накладывать швы.
