В темноте под дождем, два путника Бернард и Освальд борются за выживание. Они настолько ослаблены, что их ось сломалась у тракта, ведущего к Вестгарду. Каждый шаг становится отчаянной попыткой добраться до укрытия перед грядущей бурей.
Какое-то время будет трудно ходить, но ничего непоправимого пока не случилось, — пожал плечами лекарь.
— Хорошо. Проследи, чтоб и дальше всё было в порядке. Хватит с нас на сегодня смертей.
Сказал и пошёл к Айлин. Девушку перестало рвать, но она все ещё стояла на четвереньках над лужей собственной блевотины, пытаясь прийти в себя. Понять её было можно. Разорванная брюшина, из которой наружу лезут кишки — не шибко приятное зрелище. С «реализмом» разрабы явно переборщили. С другой стороны, понятно почему для этой «игры» установлены возрастные ограничения аж в 21+.
— Порядок? — я тронул девушку за плечо.
Та ничего не ответила. Лишь нервно дёрнулась, но затем успокоилась и молча кивнула.
— Тогда вставай. Давай, потихоньку… — я придержал её за плечи, не давая упасть обратно.
— Я… я… — с трудом попыталась выдавить из себя Айлин, но я её перебил."
"— Всё в порядке.
На изготовление носилок для Вига ушло ещё какое-то время. Материала вокруг было в избытке, да вот только доски наполовину сгнили, да и поеденная молью старая мешковина рвалась от одного лишь прикосновения к ней.
У трупов врагов почти ничего ценного при себе не оказалось. Пять бронзовых монет, россыпь железной мелочёвки, старые фальшионы, годившиеся разве что на переплавку, ставшие бесполезными самострелы и кожаные подсумки с болтами. Из всего этого «изобилия» мы забрали только деньги и подсумки. Монета — она всегда пригодится, а стрелы… Мы очень давно не пополняли свой боезапас, так что они тоже были весьма кстати.
Тур ещё хотел было стянуть с убитых сапоги, но я сказал ему не срадать хернёй.
