Закончившийся мелкий дожик и теплый ветерок осеннею ночью подарили нам шаткую тишину улочки, где лишь редкие огоньки фонарей мерцали вдали. Мы медленно прогуливались взявшись за руки по пыльной улочке, словно шагали сквозь грезы и сны, приглушенные только звонками шагами своей переживаниями....
– Вы сказали «хотя бы капля»! Это может помочь?
Кале осторожно повернул голову пациентки и стал внимательно разглядывать её волосы.
– Она использовала их вместо заколок, – взволнованно пояснил эрл. – Говорила, что делает это автоматически. Она просто про них забыла, когда собирала все свои силы!
– Это действительно может помочь, – изумлённо проговорил Кале, поднося ладонь к затылку Денизы и призывая собственные искры, чтобы обследовать неожиданно обнаруженные остатки магического резерва. – Это редчайший случай, но я должен попробовать.
Какое-то время он молчал, полностью сосредоточенный на работе. Один раз качнул головой, словно недоверчиво, что-то пробормотал себе под нос и продолжил обследование. Когда Кале наконец поднял голову и снова обратился к эрлу, его взгляд был полон оптимизма.
– Я сумею с этим справиться, – объявил он. – Если всё пройдёт благополучно, она будет жить. Как будут обстоять дела с её магической энергией, сказать не могу. Дар восстановится, но, возможно, лишь частично. Не думаю, что её магический резерв будет таким же мощным, как раньше.
– Мне плевать, каким будет её резерв, – заявил, вскакивая с кровати, Раймонд. – Сделайте так, чтобы она жила!
– Для этого мне нужна спокойная обстановка. Пожалуйста, покиньте комнату и всех остальных тоже заберите с собой.
Лекарь впервые за всё это время бросил взгляд в сторону двери.
– Чёрта с два я отсюда уйду, – отрезал эрл. – Вы прекрасно справитесь и в моём присутствии.
Кале хотел было поспорить, но потом вздохнул и обречённо махнул рукой.
"– Бог с вами, только не мешайте мне и не говорите под руку. И с кровати тоже уйдите. Если хотите остаться здесь, посидите где-нибудь в сторонке. Виконт, попросите всех сочувствующих прийти как-нибудь в другой раз.
Одного горящего взгляда обернувшегося к двери Родрига хватило, чтобы «сочувствующих» как ветром сдуло, а эрл позволил себя увести в другой конец комнаты.
– Я выговаривал ей за то, что глупо так бездарно использовать энергию, – сказал Раймонд, глядя в окно и опустив руки на подоконник.
Когда я открыла глаза, за окном было темно, а в комнате плясали тени, приводимые в движение огоньками нескольких свечей. Рядом сидел Раймонд. Я попыталась повернуть голову в его сторону, но безуспешно: голова оказалась тяжёлой, будто каменной.
