Закончившийся мелкий дожик и теплый ветерок осеннею ночью подарили нам шаткую тишину улочки, где лишь редкие огоньки фонарей мерцали вдали. Мы медленно прогуливались взявшись за руки по пыльной улочке, словно шагали сквозь грезы и сны, приглушенные только звонками шагами своей переживаниями....
– Вот это точно! – охотно подхватил он. – Причём с того самого момента, как ты появилась у меня в замке.
– Вообще-то я имела в виду только последние дни.
Сколько? Три? Четыре? Может, больше?
– Последние дни я тебе, так и быть, прощаю. – Раймонд мягко провёл рукой по моим волосам, и нежность прикосновения резко контрастировала с небрежностью его тона. – Особенно учитывая, что ты спасла всем нам жизнь, – произнёс он, посерьёзнев.
Вот теперь мне стало неуютно под его взглядом.
– Терпеть не могу, когда меня хвалят, – поморщилась я.
– Извини. Это никогда больше не повторится.
– Обещаешь?
– Слово эрла.
– Так-то лучше.
Я немного помолчала. Сильно клонило в сон. Как и в прошлый раз, когда здесь сидела Кати. Я вспомнила, что хотела попросить у неё пить, и сразу же почувствовала жажду.
– Можно мне воды? – спросила я у Раймонда.
– Разумеется.
Он метнулся к столику и вскоре вернулся с доверху наполненным кубком. Я протянула руку, но, чувствуя, как она подрагивает, засомневалась, что смогу его удержать.
– Я помогу.
Одной рукой поддерживая мою голову, другой он поднёс кубок к моим губам. Я сделала жадный глоток. Оказывается, в горле было сухо. Влага пришлась весьма кстати. Я глотнула ещё и ещё. Вода потекла по подбородку. Раймонд убрал кубок, а затем осторожно вытер моё лицо платком.
– Будешь ещё?
– Нет. Спасибо.
Мне было крайне неприятно чувствовать себя настолько беспомощной. Но это явно ненадолго, надо лишь немного подождать…
– Очень хочется спать, – призналась я.
– Это от лекарств, – пояснил Раймонд.
На моих губах заиграла слабая улыбка.
– Мстишь? – спросила я.
– За тот порошок? Даже не сомневайся: мстить за него я тебе буду долго и мучительно. Это только начало.
– Не только порошок. – Говорить стало труднее. Глаза сами закрывались, но усилием воли я всё-таки снова разлепила веки. – Тогда, ночью. Я принесла тебе кофе. Жорж… пошутил. Так вот, ты пожаловался на бессонницу. Я и капнула тебе в кофе снотворного.
Пожалуй, после такого признания следовало на всякий случай загородиться от него хотя бы руками, но сил на это не оставалось.
– Маленькая интриганка, – фыркнул Раймонд, и по его тону я поняла, что с защитой можно пока повременить. – Спи.
– Если всё-таки надумаешь меня выпороть, предварительно разбуди, – зевая, попросила я. – А то я так сильно хочу спать, что рискую всё пропустить.
Веки сомкнулись, и, кажется, я действительно ненадолго погрузилась в сон, но потом встрепенулась.
– Раймонд?
– Да?
Он по-прежнему сидел рядом.
