Прошагавший через годы Отечественной войны танкист становится штрафником — человеком, кем не могут быть, но тем не менее оказывается. Его история сквозит легендами и смертельными баталиями, а душа несчастного прикована к безымянным местам, где жизнь узрела все формы: от тяжелых ранений до долгих месяцев в госпитале....
Сгонят крестьян с топорами да пилами и за два дня новый построят.
— Леша, — встань на опушке вместе с Т-60, — сказал Шевченко. — Я в деревню на десять минут смотаюсь. Может, что узнаю. Следи за небом. Фрицы могли передать о нападении.
Усевшись сам за руль мотоцикла, Шевченко лихо развернулся и помчался к деревне, которая была на нашем берегу речки. Его сопровождали два разведчика. Мы остановились недалеко от разбитого моста, укрывшись за огромными ветлами. Я наблюдал за дорогой, высунувшись из люка. Десантники разговаривали о своем.
— Горючего много осталось, товарищ сержант?
— Домой торопишься. Рано еще. И горючее, и снаряды есть.
— Слабенькая сегодня засада. Со вчерашней не сравнить, — сказал кто-то. — Всего два броневика сожгли.
Я тоже считал, что сработали так себе. Но сказал другое:
— Ты попробуй этот «Ганомат» так просто взять. Броня, крупнокалиберные пулеметы и скорость 60 километров. Почти танк. И фрицев вместе с полицаями двенадцать человек ухлопали. На передовой сколько надо потрудиться, чтобы два бронетранспортера сжечь?
— Оно так, — сказал младший сержант, командир отделения.
— Одного полицая я подстрелил, — сказал уже знакомый мне Никон. — Я хорошо стреляю.
Прозвучало просто, без хвальбы. Остальные подтвердили, что Никон охотник и бьет метко. Поэтому винтовку на автомат менять не хочет. Подошли десантники с танка Т-60. Посовещавшись, предложили перекусить:
— У полицаев в будочке харчами разжились и у немцев, кто ранцы не успел скинуть.
Судя по запаху, фляжек было больше. Успели приложиться.
— Ребята, кончайте базар. Перекусим, когда старший лейтенант вернется. Занять позиции и приготовить оружие.
Последние слова прозвучали как команда. Наверное, вовремя. В деревне вразнобой застучали выстрелы и автоматные очереди. Я крикнул командиру Т-60:"
"— Слетай в село. Может, нашим помощь требуется.
Мы застыли наготове. Я предупредил Юрика:
— Ты слишком длинными очередями не бей. Пулемет опять заклинит.
— Понял, — откликнулся радист.
Наша помощь не понадобилась. Через полчаса Шевченко вернулся. Из коляски мотоцикла выгрузили тело погибшего разведчика. Над деревней в нескольких местах поднимался дым. Оказалось, старший лейтенант нарвался на засаду.
