История танкиста, пережившего боевой путь с 1941 года и ставшего единственным выжившим из батальона. Во время сталинградской битвы осенью 1942 года он оказывается втянут в конфликт со строгим военным приказом, столкнувшись с выбором между воинским долгом и человеческой честью.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Штрафник из танковой роты» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
История танкиста, пережившего боевой путь с 1941 года и ставшего единственным выжившим из батальона. Во время сталинградской битвы осенью 1942 года он оказывается втянут в конфликт со строгим военным приказом, столкнувшись с выбором между воинским долгом и человеческой честью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История танкиста, пережившего боевой путь с 1941 года и ставшего единственным выжившим из батальона. Во время сталинградской битвы осенью 1942 года он оказывается втянут в конфликт со строгим военным приказом, столкнувшись с выбором между воинским долгом и человеческой честью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Пару снарядов и полдесятка пуль запросто мог получить, — хвалился он. — Повезло, что люк захлопнул!
Вернулись заряжающий и радист. Принесли два автомата, вещмешок трофеев и несколько ранцев, которые не успели распотрошить. Немцы свои штурмовые части хорошо снабжали. Нам, танкистам, на харчи тоже жаловаться не приходилось, кормили хорошо, но в ноябре все в грязи пополам со льдом тонуло. Подвоз плохой был. После боя наелись от пуза. Колбаса копченая, очень вкусная (я такой не пробовал — венгерская «салями»), сардины, сыр, ром, красное кисленькое вино в длинных бутылках.
Зайковский хотел меня взводным назначить, но кандидатура не прошла. Бывший штрафник — недостоин! Про награды тогда вообще молчали. Судьба Сталинграда решалась. Немцы пока верх держали."
"А Гришу Погодку я отблагодарил. Он по должности значился громко — командир башни, или, как мы его называли, башнер, а выполнял, как все башнеры, обязанности заряжающего. Заряжающий в бою — большое дело. Главное, четко выполнять команды, заряжать бронебойный или осколочно-фугасный снаряд. Если перепутает снаряды — ошибка могла стоить очень дорого. По орудийным расчетам мы осколочными били. Бронебойной болванкой легко промазать. Ты промазал, а немец — нет. Вот и каюк танку, а может, и всему экипажу. Гриша никогда не путался. И выносливый был. Попробуй, покидай снаряды в ствол да выбрось стреляные гильзы через люк! При беглой стрельбе руки отвалятся. Сходил к Зайковскому, и присвоили Грише «сержанта». Довольный был. Даже пыхтел от удовольствия. На что-то выменял бутылку спирта, тушенку, пару луковиц. Обмыли его сержантские треугольники. Пожелали до лейтенанта дослужиться. А главное — выжить.
Через неделю после начала наступления под Сталинградом нас отправили на переформировку под знаменитый город Мичуринск. Танков оставалось всего ничего, да и те изношенные дальше некуда.
Прежде всего помылись, прожарили одежду. Вшей хватало, и привыкнуть к ним было просто невозможно. Землянки уже кто-то до нас выкопал. Кое-где и печки сохранились. А где не было, наши умельцы за день смастерили новые. Командир полка приказал убрать территорию. До нас, мягко говоря, не очень чистоплотная часть стояла. Кучи всякие кругом, мусор. Два дня работали, землянки до ума доводили, сортиры сооружали, граблями и лопатами чистоту наводили. А тут хороший снег пошел. Легкий мороз, снежинки падают, по радио передают очередную сводку. Возле города Калач в 80 километрах западнее Сталинграда сомкнулось кольцо окружения. Соединились войска Юго-Западного и Сталинградского фронтов.
Суживалось внутреннее кольцо, зажимая немцев в Сталинграде, а внешнее — развивало наступление, проходя в сутки по 30-40 километров. Такая обстановка была в конце ноября.
