Пронзительная история советских и немецких штрафников, чьи судьбы переплетаются в горниле войны. Осень 1942 года, Сталинград. На фронте, где решается исход войны, люди, отверженные своими армиями, ищут искупление и шанс на спасение среди смертельной опасности и моральных испытаний.
Раздел Chitat.online для книги «Штрафники не кричали «Ура!»» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Пронзительная история советских и немецких штрафников, чьи судьбы переплетаются в горниле войны. Осень 1942 года, Сталинград. На фронте, где решается исход войны, люди, отверженные своими армиями, ищут искупление и шанс на спасение среди смертельной опасности и моральных испытаний.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Пронзительная история советских и немецких штрафников, чьи судьбы переплетаются в горниле войны. Осень 1942 года, Сталинград. На фронте, где решается исход войны, люди, отверженные своими армиями, ищут искупление и шанс на спасение среди смертельной опасности и моральных испытаний.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А то парень нас сейчас и в самом деле уложит из своего МГ…
XV
Допрашивал Хагена лично командир первой роты капитан Висгаупт. Герр офицер тоже был выпускником Наполы. Впрочем, допроса никакого и не было. Еще по прибытии лейтенанта Паульберга в батальон они с капитаном сразу дружески сошлись на почве боевого братства выпускников лучшей офицерской школы Германии."
"Капитан выслушал сбивчивый рассказа Хагена и тут же приказал ему и еще троим испытуемым как можно скорее извлечь лейтенанта из карьера. Вместе с ними отправлялось первое отделение для того, чтобы спуститься вниз.
Спуск на дно карьера, о котором рассказал Отто, оказался стратегически важным. Пока они с Ульманом и лейтенантом мытарствовали по дну карьера, ситуация здесь, в степи, изменилась. Герру майору удалось связаться с командованием дивизии и артиллерийским расчетом, принявшим поначалу прорывавшихся «пятисотых» за русских.
Батальон получил новое задание — остановить попытку русских частей замкнуть кольцо. Противник наступал с левого фланга, со стороны степного хутора Григорьевка. Хутор располагался на берегу небольшой, но достаточно полноводной речушки Дюнка. Неподалеку от хутора на берегу речки располагалась пристань, с которой в небольшие грузовые баржи загружали песок, добытый в карьерах. Сам хутор располагался на небольшом всхолмии, что придавало этому месту стратегическую важность.
Русские уже давно ударили бы батальону во фланг и наверняка смяли бы оборону неподготовленных солдат. Но им помешали карьеры. Они и не дали осуществить неожиданный прорыв. Здесь, вдоль русла реки, карьеров было два. Вытянутые вдоль километра на три, имеющие в ширину метров по пятьдесят, они были разделены между собой узким участком, оставленным для проезда.
За эту перемычку и разгорелся бой. Грохотало впереди, метрах в ста пятидесяти. Артиллеристы, окопавшиеся в колхозе, теперь били по другой стороне карьера. Но накрывали они дальние подступы русских, хутор и район пристани. А русские успели подтянуть большие силы к перешейку. Но туда наши гаубицы стрелять не решались. Боялись снова накрыть своих в ночной неразберихе.
Семь человек составили разведгруппу. Ее личный состав построился перед капитаном. Почти все вызвались идти добровольцами. Висгаупт приказал собрать и передать разведчикам весь ротный запас гранат.
— Ваша группа проведет разведку боем в направлении карьера, — выделяя каждое слово, объяснял суть приказа капитан. — Вы спуститесь вниз, незаметно пройдете по дну карьера. Вы должны выйти к перемычке и вступить в бой. Обходной удар должен быть неожиданным. Оттянув на себя внимание и силы противника, вы обеспечите прорыв батальона через перемычку.
Капитан остановился и умолк.
