В сумраке вечерней прохлады держались за берег. Ночная мгла окутывала прибрежную зону коралловых рифов метрах в двести от меня. Я шагнул на дно, по которому скользил каскадом водопада, удивленно осматриваясь в тенях. Неровное дно оставляло зыбь и шум под ногами.
Табун, подгоняемый уколами копий, с неохотой заходит в реку. Она здесь не широкая и медленная. Оба берега низкие и удобные. Единственная опасность — крокодилы. Они меньше нильских, длиной до трех с половиной метров, светло-оливкового окраса, иногда с черными пятнами. Живут в основном в заболоченной пойме и прибережных водах Персидского залива, по ночам охотясь в том числе и на суше. Иногда подымаются выше по течению Евфрата, где их сразу же уничтожают. Во-первых, чтобы не сожрали людей или домашний скот; во-вторых, не порвали сети и не поломали ловушки, съев заодно пойманную рыбу; в-третьих, из кожи делают много чего; в-четвертых, используют в пищу.
Мясо крокодила имеет вкус того, что он ест. Те, что я ел здесь, питались рыбой, и не очень мне понравились, а в бангкокском ресторане пробовал откормленных на курятине на специальных фермах: «Лапу дракона» — зажаренную со специями ступню крокодила — и омлет из крокодиловых яиц. В США кормовую базу выяснить не удалось, а угощался пирогом с крокодиловым мясом.
"Мы сопроводили животных во время заплыва, готовые помочь им, ели начнут тонуть. Помощь не потребовалась. Все животные были взрослыми и крепкими. Другие в армии не служат. Десять солдат погнали их по противоположному берегу к городу Уру.
23
Пока что шумеры не придумали триумфальные шествия, но все равно встречали нас по высшему разряду. Задолго до того, как мы добрались до городских ворот, там уже узнали о наших победах и трофеях. Детвора и зеваки высыпали за ворота, чтобы первыми увидеть все.
