В темном лесу царило напряженное молчание, когда внезапный свет озарил поляну. Парень тут же зажмурился от яркости луча, не успев ничего разглядеть. Услышав смех и голоса вокруг, он содрогнулся от ужаса — люди говорили вроде бы по-старорусски, но непонятно, словно они из другого мира прилетели. Парень ощутил опасность, хотя и не знал что именно его тревожит....
– Ты и правда, как сказывают, все отдал отцу Афанасию?
– У меня был выбор? Ты огненников видел? То по мою душу. Не отдал бы, так вытрясли.
– Жаль… хотя понимаю и не осуждаю. Ты ведь про эту краску говорил, что ежели что найдешь еще, то обязательно ко мне наведаешься?
– Про нее.
– Жаль… очень жаль. Впрочем, если ты что-нибудь еще найдешь, то знаешь к кому обращаться. – подмигнул Агафон. – После того, что ты для меня сделал, я тебя не обижу.
– Если отец Афанасий узнает, что я с краской пришел к тебе, то меня обидит уже он.
– Так все же там еще что-то могло быть? – оживился купец.
– Я этого не говорил.
– Я понял тебя, – улыбнулся Агафон. – Он не узнает.
Так минут десять и проболтали. Купец методично прощупывал отрока, давая понять, что с ним сотрудничать намного лучше и что теперь он ему чуть ли не родственник. А парень задавал сложные вопросы и старался не сболтнуть лишнего.
Наконец, наболтавшись они попрощались. И Андрейка решил прогуляться к отцу Афанасию. Дабы прозондировать что к чему.
Однако далеко он не ушел.
У ворот поместья Агафона его вновь, как и в прошлый раз, ждал Петр по прозвищу Глаз.
– Опять ты по торгашам подвизаешься? – процедил с пренебрежением этот человек.
– Тебе надо чего? Или сразу пойдешь на кутак[58] к лешему?
– Дерзишь, щенок?
– Есть такое дело. Но ты не подумай ничего дурного. Я от чистого сердца. – произнес отрок с серьезным лицом, а потом чуть подавшись вперед снисходительным тоном добавил.
– До меня.
– Серьезно?
– Куда как серьезнее. Ты долг, когда отдавать будешь?
– Какой долг? – неподдельно удивился Андрейка.
– Твой отец брал у меня в долг. Он умер. Теперь долг на тебе. Вот я и пришел спросить с тебя.
– Отец мне сказывал, что вы не о том договаривались. Что на меня его долг не переходит.
– Что за вздор?
– Ты хочешь назвать моего отца лжецом?! – резко поменяв тон, поинтересовался Андрейка и положил руку на эфес сабли.
– Да черт с ним! Лжец или не лжец. Преставился он. А ты тут. И тебе долг вертать мне надлежит!
– Что здесь происходит?! – грозно прозвучал голос воеводы. Тому, видимо, уже донесли, что Петр Глаз поджидает Андрейку у усадьбы Агафона. И он решил вмешаться, прекрасно понимая, что Петр задумал.
– Да вот, с должника спрашиваю, – вежливо поклонившись, ответил визави Андрейки.
– Андрейка брал у тебя в долг?
– Его отец брал.
