Смертельно больной Андрей Прохоров соглашается на рискованный эксперимент по переносу сознания в прошлое. Он пробуждается в теле четырнадцатилетнего крестьянского мальчика в XVI веке под Тулой. Герою предстоит выжить в жестокую эпоху феодальной России, не имея ни денег, ни положения в обществе.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сирота» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Смертельно больной Андрей Прохоров соглашается на рискованный эксперимент по переносу сознания в прошлое. Он пробуждается в теле четырнадцатилетнего крестьянского мальчика в XVI веке под Тулой. Герою предстоит выжить в жестокую эпоху феодальной России, не имея ни денег, ни положения в обществе.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Михаил Алексеевич Ланцов Детская подборки серии
Смертельно больной Андрей Прохоров соглашается на рискованный эксперимент по переносу сознания в прошлое. Он пробуждается в теле четырнадцатилетнего крестьянского мальчика в XVI веке под Тулой. Герою предстоит выжить в жестокую эпоху феодальной России, не имея ни денег, ни положения в обществе.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И путешествие на Байкал. И прогулки по Камчатке. И так далее, и тому подобное. А в таких походах многое может случиться. Поэтому отец решил подстраховаться.
А у них такого отца не было.
Немного смущал эпизод с поместными дворянами, которые напали на их банду. Они тогда не стали принимать бой. Но это он бы отнес скорее к здравомыслию, чем трусости. Так как бросаться с дрекольем на хорошо вооруженных конных воинов в доспехах как минимум глупо."
"И в пользу того, что Устинка с Егоркой не паталогические трусы говорило и то, что, когда первый раз приплыл отец Афанасий с Кондратом, они не испугались выйти с Андрейкой. Хотя почти наверняка понимали – рисковая тема. Но один поместный дворянин, тем более пеший, против трех вооруженных мужей – уже расклад не такой безнадежный, как тогда, при налете конницы.
А тут такое дело…
Волки. Много. Они повели себя, как и привыкли поступать до того. И Андрейке это предлагали сделать. Волки, к слову, вели себя несколько необычно. Были слишком напористы. В обычных условиях они бы, потеряв парочку охотников сразу же отступили. Потому что выживание стаи важнее. Но тут… тут даже вожак на охоту вышел.
Почему?
Сложно сказать. Скорее всего они уже несколько дней голодали и находились в отчаянном положении. А котел с варевом, оставленном на углях, привлек их внимание.
Андрейка так делал по очень простой причине. С вечера готовили и на ужин, и на утро. Кушали. Накрывали котелок крышкой и оставляли висеть его над тлеющими углями, что позволяло сохранять еду теплой до самого утра. И после пробуждения ни разогревать ничего не надо, н готовить. Очень удобно. Что облегчало решение бытовых проблем на протяжении нескольких месяцев. А вот теперь привлекло голодных хищников. Ведь в вареве находилось мясо. Так бы они, наверное, и не сунулись к землянке. Пошли бы дальше. Но многодневный голод и дразнящий запах мяса, пусть даже и вареного, сделал свое дело.
Это предложение отрока вполне объясняло и странное поведение животных. Они были слишком упорны и дрались считай до последнего. Голод и дурманящий запах еды сделал свое дело. А потом еще и аромат крови, которым пахнуло из открытых ран сородичей.
Так или иначе, но Андрейка понял – в нападении волков виновен он сам. А холопы… ну… они повели себя как холопы. Ничего неожиданного и не предсказуемого. Просто у него имелись завышенные ожидания от них…
– Вы понимаете, что это залет? – наконец, после затяжной паузы, спросил Андрейка.
– А что такое залет?
– Поступок, который требует наказание. Я слышал, что слуг, которые не пришли на помощь своему господину, карают смертью. Но вы – не слуги. Вы – холопы. И это в какой-то мере вас извиняет. Но! – поднял он указательный палец. – Вы хотите стать боевыми холопами. А потом и вольными послужильцами.
