Автор
Комната была наполнена мелкими фиолетовыми искрами, символизируя непредвиденные перемены в судьбе Магдалены. Светлые тона украшали стены, а из глубины источника доносились звуки веселья гостей. Но Магдалена чувствовала не только физическую боль, но и тонкий укол гнева противников....
Мгновение девочка тупо смотрела на него, потом согласилась и добавила:
– А как же ты?
Он знал, что за время работы шлюзовым смотрителем на Гета-канале накачал заметные мускулы. Вот подходящий случай их продемонстрировать.
– Мне она не нужна. Я положу ее сюда и отойду. А ты потом позови меня. Хорошо?
– Да… спасибо, – медленно проговорила она.
Через минуту он услышал, как она неуклюже подошла. Рубашка была достаточно длинной, но при ходьбе развевалась вокруг, и девочке приходилось держать ее руками.
Не глядя на нее, он сказал:
– Когда приедешь к дедушке, хорошенько причешешься и вымоешься.
– О, да, – произнесла девочка, затаив дыхание.
«Как же я появлюсь в Пеннингбю? – думала она. В рубашке, доходящей до колен, и с мокрыми спутанными волосами?»
Словно прочитав ее мысли, он ответил:
– Я буду говорить, что ты тонула, а я тебя вытащил.
Она с облегчением улыбнулась.
– Отличная идея! Минуту спустя он спросил:
– Ты не голодна? Она горько хмыкнула."
"– Когда ничего не ешь, перестаешь чувствовать голод.
– Понимаю. Думаю, тебе поначалу надо есть осторожно. Привыкать к еде.
Она кивнула.
Магдалена устала, и они присели отдохнуть под деревьями. Они уже миновали разбросанные тут и там усадьбы, безлюдные рыбацкие поселки, и теперь по всем расчетам до Пеннингбю оставалось не так далеко.
Она сидела в его рубашке, благопристойно поджав ноги. А Кристер словно невзначай поигрывал мускулами, красиво освещенными пробивавшимся сквозь листву солнцем.
– Зато ты, наверное, голоден? – спросила она. Ее расцарапанные ноги так трогательно высовывались из-под подола рубашки, когда она шевелилась.
– Да в общем-то нет, – заверил он, попытавшись заглушить кашлем урчание в животе.
Беседа застопорилась. Оба вдруг испытали неловкость. В решающий момент им стало ясно, как они в сущности плохо знают друг друга.
Магдалена нервно поглаживала Сашу.
Взгляд Кристера блуждал по лесу, словно тщился отыскать там подходящую тему для разговора.
Так прошли две долгих минуты, в течение которых в его животе непрерывно урчало. Таким протяжным, позорным завыванием, берущим начало где-то внизу и поднимающимся к горлу.
Магдалена не осмеливалась настаивать, что он голоден. С усмешкой отчаявшегося человека он заговорил, временами срываясь на фальцет:
– Похоже, нам суждено каждый раз встречаться в лесу.
Мучение! Звучит не слишком дерзко? Магдалена еще ниже склонилась над Сашей:
– Да.
