– Может, хватит уже отчитывать Роберта так, будто он совершил преступление? Он всего-то нанял библиотекаря, которого ты к тому же сама просила нанять! А потому отстань от него, ладно?
Графиня повернулась к леди Фелиции. Глаза у нее округлились, а губы начали складываться в букву «П» одного из этих ее ужасных «почему?».
– И если ты еще хоть раз скажешь «почему, милочка?», – взвизгнула леди Фелиция, – я возьму этот подсвечник и вышибу тебе мозги!
Она издала странный звук, то ли смешок, то ли рыдание, и бросилась к дверям. Нам с мистером Амосом пришлось отпрыгнуть в сторону. Леди Фелиция промчалась мимо и вылетела из комнаты подобно жаркому, благоуханному урагану; дверь за ней захлопнулась.
За собой она оставила мертвое молчание, наполненное лихорадочной деятельностью. Эндрю и второй лакей тут же сорвались с места – беззвучно, на цыпочках; они вытирали разлитое вино, уносили разбросанные бокалы, убирали ножи, вилки и ложки, все еще лежавшие рядом с прибором леди Фелиции. Двое оставшихся за столом так и сидели, и вот – как будто вовсе ничего не произошло – мистер Амос подошел и тихо заговорил прямо в ухо графине:
– Главный повар нижайше просит его простить, миледи, и заверяет, что больше этого не повторится. Позвольте подать следующее блюдо, миледи.
Графиня кивнула, будто оцепенев. Поскольку лакеи все еще вытирали винные пятна, мистер Амос пальцем поманил нас с Кристофером к кухонному лифту и принялся подавать нам супницы и соусницы, чтобы мы отнесли их на стол. Я плохо представлял, что куда нужно поставить, а Кристофер тащил все прямо к столу и шлепал куда попало, а потом кланялся и обеими руками расправлял салфетки – можно было подумать, что он знает, что делает. Мистер Амос зыркнул на него через плечо и сам поднял массивное блюдо, нагруженное мясом.
Графиня, так и не выйдя из оцепенения, сказала графу Роберту:
– Фелиция в последнее время просто невыносима. Мне кажется, давно пора выдать ее замуж. Наряду с другими гостями я приглашу на прием этого милого мистера Сейли. Я уверена, что сумею уговорить Фелицию выйти за него.
Граф Роберт проговорил:
– Это ты так шутишь, мама?
– Вовсе нет. Я никогда не шучу, друг мой, – сказала графиня. – В конце концов, мистер Сейли – мэр Столчестера. Он богат и вдов и занимает весьма достойное положение – а за кого выйдет Фелиция, не так уж важно, это не твой случай. Ты, мой друг, помолвлен с титулованной дамой, поскольку…
– Слушай, отстань! – внезапно выкрикнул граф Роберт.
