На Белом море и среди лесов, где росли куропатки и другие хвойные деревья — отвращающее описание Алешкиной тетради по русскому языку. Сюда приходят люди, чтобы спасти тех, кто окаменел в детстве, погруженный в тумане безвыходности.
Поэтому вначале все шло довольно гладко. Следуя его указаниям, я к середине дня добрался до «впадины вроде оврага» и сделал привал, перекусив рыбкой и запив ее водичкой из болотца.
А потом начались неприятности. Может быть, во времена папы эта впадина и была проходимой, но сейчас она представляла собой сплошной бурелом. Труднее всего приходилось, когда поперек оврага, на его склонах, лежало мостом поваленное дерево. Опустив вниз свои частые ветви, оно перегораживало овраг, как зубья дракона.
Но я все-таки упорно преодолевал трудности, оставляя на острых сучьях клочки своей одежды.
Потом я оступился на камне и сильно ушиб ногу. Пришлось отклониться от маршрута, чтобы срезать подходящую палку. Ножик у меня был перочинный, не очень острый, и я провозился довольно долго. Потом меня напугала огромная гадюка, которая, свернувшись в кольца, грелась на теплом камне. Я чуть не наступил на нее больной ногой. Но змея вовремя зашипела, и мы бросились в разные стороны. Я – прихрамывая, она – легко скользя по камням, будто маленький черный ручеек побежал.
Надо было компенсировать потерю времени. Я разглядел среди поредевших деревьев, что гребень делает заметный изгиб, и решил срезать свой путь. Экономия во времени в пространстве.
Спустившись с гребня, через короткое время я понял, что сделал глупость. Здесь, в низине, были такие густые заросли, что в ином месте и на бульдозере не прорвешься. Я обошел один завал, другой, третий… И наконец, мне показалось, что я немного отклонился от нужного направления.
Поправился по компасу. Но когда через полчаса вновь взглянул на него, он показывал… что я иду в обратном направлении. Я послушался его и вернулся назад, снова сверился с компасом… Мудрый китайский прибор опять показал, что я иду правильно, но совсем в противоположном направлении.
Я остановился и огляделся. Холодок пробежал по спине: не очень-то все вокруг было похоже на папино описание. Как говорится, ни мужика в пальто, ни пальмы в кадке. Только типичные корявые деревья кругом да мохнатые камни.
И понял, что сбился с пути. Это была вторая минута отчаяния.
Я растерялся. Тем более, что стало темнеть. Но папин голос твердил мне: если заблудишься и ночь застанет тебя в пути – на ночлег устраивайся засветло (восьмое правило).
Я так и сделал (утро вечера мудренее – правило номер тридцать два).
