На Белом море и среди лесов, где росли куропатки и другие хвойные деревья — отвращающее описание Алешкиной тетради по русскому языку. Сюда приходят люди, чтобы спасти тех, кто окаменел в детстве, погруженный в тумане безвыходности.
И так они обо мне задумались, что потеряли бдительность и не услышали вдали звук моторной лодки, который резко прервался за островом.
Они уже собирались спать, когда вдруг в темной чаще леса послышались шаги – наглые, решительные – и к костру вышли с двух сторон Филин в телогрейке и Голландец в одеяле. Один держал в руке какую-то тяжелую железяку вроде прута, другой берданку.
Мама уронила Алешкины штаны. Папа успел сорвать с сучка ружье и незаметно сунуть его в темноту.
– Здравствуйте, люди добрые, – с издевкой сказал Голландец, подходя к костру, пламя которого осветило его злое лицо, заросшее грязной черной бородой.
– Я извиняюсь, – заржал Филин, – это шестой вагон будет?
Голландец сбросил с плеч черное одеяло, уселся на него.
– Благодарствуйте за приглашение, – и повернулся к Филину: – Садись, Филя, откушай. Покуда хозяева угощают. Не стесняйся, не прогонят.
Они нахально уселись, сняли с огня сковородку и стали прямо руками, обжигаясь, таскать с нее рыбу в свои жадные пасти.
А ствол берданки все время был направлен на папу.
– Что ж без маслица-то, хозяйка, жаришь? – издевался Голландец, вытирая рот грязной лапой. – Могу обидеться. – Он рыгнул и отбросил сковородку. Нашу любимую. – Слышь, мужик, – это он папе, – теперь мы откушали, а перед разговором неплохо бы и по стаканчику дернуть. Нальешь? Или нет у тебя? А табачком не угостишь? Тоже нет? – он сделал жалостное лицо, посочувствовал. – Небось, и продукты кончились, а? И лодочка уплыла? По-моему, и патрон у тебя всего один остался.
– Что вы хотите? – спросил папа.
– Во! – заржал Филя. – Это разговор. Скажи им, Костик, не таись.
– И скажу, я добрый. Но обидчивый. – Эти слова с жесткой улыбкой прозвучали угрожающе. – Сделаем так. Мы с тобой, мужик, идем за золотом.
Филин опять заржал, а папа незаметно начал подтягивать к себе ружье, а мама – сковородку.
– Что молчишь, мужик? Думаешь? Правильно. Тебе есть о чем подумать. Только не долго. Я хоть и терпеливый, но обидчивый. Филя, дровишек подбрось. А то мне его морды задумчивой не видно.
