В мире двадцатого века множество возможностей и потенциалов, но и туманности, как будто вечное несущее начало жизни на Земле само по себе. Я понимаю, что мои знания могут стать ключом к завершению цикла мореплавания в двадцатый век, чтобы история не осталась безнаправленной петардой. Вместе мы будем решать загадки прошедших эпох и создавать новую траекторию для человечества....
Мне предоставили на втором этаже жилую длинную узкую комнату, в которой у одной стены стояли впритык три узкие деревянные кровати, застеленные соломой и накрытые овчинами, а вдоль противоположной стены можно было протиснуться боком от двери до конца помещения. Я мог спать на любой из трех кроватей, потому что снял всю комнату за обол в сутки. О чем не пожалел, потому что по длине кровати были рассчитаны на человека от силы полутораметрового роста, так что мне придется спать сразу на двух. Оставив в комнате свои вещи под бдительным присмотром двух охранников, сидящих в тени во дворе, я отправился в город, чтобы сравнить то, что видел в свои предыдущие визиты в этот город, с тем, что сейчас.
Городские стены были вместе с зубцами высотой метров семь и примерно такой же толщины. Внизу сложены из крупных камней, а с высоты метра два — из сырцового кирпича. Через каждые метров тридцать вперед выступала четырехугольная башня, длина которой была немного больше длины куртины. Можно было бы сказать, что город защищали башни, соединенные короткими куртинами.
Большая часть домов в Афинах, в отличие от Пирея, была одноэтажная. Как я понял, двухэтажными были только ремесленные мастерские и государственные здания. Жилые дома с плоскими крышами отличались от виденных мною в предыдущую эпоху только наличием портиков, в тени которых и работали или отдыхали жильцы в жару. Порядка на улицах не больше, чем в будущем, когда автомобили ездили и стояли там, где им удобнее, включая тротуары, и без оглядки на светофоры, а пешеходы мстили им, так же не соблюдая правила дорожного движения.
"Агора — рыночная площадь — была заполнена людьми, причем торговцы и покупатели были в меньшинстве. Большинство составляли бездельники обоего пола.
