Сначала были изготовлены борта из сравнительно коротких толстых досок, в которых в боковых гранях выдолбили по несколько отверстий. В эти отверстия вставлялись деревянные шпонки с двумя дырками. Через эти дырки и совпадающие с ними дырки в досках загонялись деревянные нагеля, прочно скрепляющие соседние доски обшивки. Работа очень трудоемкая, требующая точной подгонки досок. Зато никакого конопаченья швов, лишь просмолили корпус снаружи. Шпангоутов в полном смысле этого слова не было. Вместо них имелись не соединенные с килем и расположенные в шахматном порядке короткие бруски, соединяющие по вертикали несколько досок обшивки.
В результате получился относительно легкий и прочный корпус. Я видел галеру, собранную таким способом в будущем, в сухом доке в пригороде Афин, где стоял корабль военно-морского флота Греции, превращенный в музей — триера «Олимпия», новострой, созданный по образу и подобию древнегреческой. По крайней мере, таковой древнегреческую триеру представляли себе кораблестроители конца двадцатого века, потому что ни одной не сохранилось, морские археологи находили только небольшие фрагменты.
Торговая галера имела всего один ярус весел, по двадцать четыре с каждого борта. Над местами гребцов был натянут тент из бычьих шкур, создавая тень. Посередине располагался груз — пшеница-двузернянка в амфорах, вставленных в специальные деревянные ячейки.
Хариад вышел из шатра с потертым кожаным кошелем. Доставал по одной монете и отдавал мне. Они были серебряными.
Как догадываюсь, делали круглую отливку, а потом вставляли между двумя железными формами и сильным ударом отчеканивали с одной стороны женскую голову в шлеме, а с другой — какую-то птицу, судя по большим глазам, сову. В итоге монеты получались разной формы, скорее, овальной, чем круглой, но весили примерно одинаково — грамма четыре.
Хитрый грек дал мне двенадцатую монету и произнес торжественно:
— Пятнадцать драхм, как договорились!
— Еще три монеты, — потребовал я.
— И, если будешь обращаться со мной, как с необразованным варваром, я могу обидеться и наказать.
— Разве я дал тебе не пятнадцать?! — почти искренне удивился Хариад. — Дай пересчитаю!
— Ты на галеру заработал актером в комедиях? — задал я вопрос жестким голосом.
— Почему сразу актером?! — искренне возмутился грек, отдавая еще три монеты. — Ошибся немного — с кем не бывает?!
— Постарайся быть со мной точным. Поверь, это выгоднее, — посоветовал я.