В мире двадцатого века множество возможностей и потенциалов, но и туманности, как будто вечное несущее начало жизни на Земле само по себе. Я понимаю, что мои знания могут стать ключом к завершению цикла мореплавания в двадцатый век, чтобы история не осталась безнаправленной петардой. Вместе мы будем решать загадки прошедших эпох и создавать новую траекторию для человечества....
— И нападать будем молча, никаких воинственных криков, иначе злые духи рассердятся и накажут, — добавил я еще одно условие.
Иллирийцы ведь тоже верят в ночных злых духов. Наше молчание будет убеждать врагов в том, что мы не люди. Нормальный человек просто обязан кричать во время боя, особенно ночного. К тому же, вряд ли мои починенные сумеют промолчать в бою, а кто-то из них обязательно погибнет. Виноват будет сам: я ведь договорился с духами, что мои воины нападают молча.
Битюсу не нравится мое предложение, но и отказаться просто так не может.
— Иди расскажи воинам о моем намерении. Мне нужны только добровольцы — те, кто способен выполнить условия, на которые я договорился с ночными злыми духами гор. Если кто-то сомневается в себе, пусть лучше останется охранять наш лагерь. Мне дорог каждый боец моего отряда, — предложил я.
В переводе на язык горцев мои слова значили: в бой пойдут только настоящие мужчины, а трусы останутся охранять лагерь.
Как я и предполагал, ни у кого из бессов не хватило смелости отказаться от ночной авантюры. Пять человек, которые должны остаться охранять лагерь, выбирали по жребию. Счастливчики с трудом скрывали свою радость.
Вышли с восходом луны. Она молодая, но яркая. Высеребрила все на славу.
"Во вражеском лагере, расположенном на большой поляне, было тихо, если не считать храпение, раздающееся с разных сторон.
