В мире двадцатого века множество возможностей и потенциалов, но и туманности, как будто вечное несущее начало жизни на Земле само по себе. Я понимаю, что мои знания могут стать ключом к завершению цикла мореплавания в двадцатый век, чтобы история не осталась безнаправленной петардой. Вместе мы будем решать загадки прошедших эпох и создавать новую траекторию для человечества....
Особенно мне пригодились стихи про Ленина и литературные шедевры Брежнева.
Иллирийцы спали безмятежно. Наше предыдущее нападение ничему не научило их. Наверняка они были уверены, что это дело ночных злых духов, от которых все равно никакая стража не спасет. Помножить это на веру в судьбу, от которой не убежишь — и можно со спокойной совестью и без страха дрыхнуть на посту. На этот раз я не стал пачкать руки о спящих часовых. Какая разница, сколько мы перебьем иллирийцев?! Брать с них по большому счету нечего. Меня уж точно не интересовали кожаные доспехи и шлемы из овчины, набитые шерстью.
Резня началась до сигнала. Утром узнаем, кто поторопился или налетел на бдительный дозор. Важно, что случилось это вдали от нас, мне не пришьют.
— Вперед! — приказал я и кинулся к почти потухшему костру, возле которого проснулся один из часовых и завертел головой, прислушиваясь к ночным звукам и решая, будить остальных или нет?
Он увидел меня и успел вскрикнуть и вскинуть руку, закрывая голову. Моя сабля рассекла ее и лохматую голову. После чего зарубил еще двух возле костра, перешел дальше.
Добравшись до загона из жердей, в котором всего десятка три овец, я остановился и вытер пучком травы кровь с клинка. Он, как всегда, послужил мне славно.
"Рядом со мной, как договорились, собираются бессы. На этот раз будем ждать до рассвета, чтобы собрать всё. Вряд ли уцелевшие иллирийцы вернутся. Судя по звукам боя, их сейчас рубят на всех горных склонах, окружавших долину. Подозреваю, что где-то кто-то дерется со своими, приняв в темноте за врагов. Ночной бой тем и интересен.
15
В сентябре в Греции жарко.
