Сладкая для Палача — это жареная уcatch-хајт о заключённом, который не выжил в условиях палача. В новогоднюю ночь беглец попадает в камеру временного содержания, где холодно и сыро, словно зверушка в клетке. Подглядывая за тюремщиками — тоже несчастными служителями закона, которые недовольны праздничным дежурством, герой жаждет выбраться на свободу. Атмосфера мрачна и пугающе-жестокая, в ней царит острый хлопотный ритм жизни заключённых....
С пронзительным, но теплым взглядом и длинными ресницами, которые отливали в свете солнца бронзой на пушистых кончиках. Аккуратным прямым носом. И приятной белозубой улыбкой.
На самом деле, если бы не он — сложно было сказать, чем бы закончилось мое ночное приключение в участке.
— Дай телефон.
Я протянула ладонь, и он вложил свой телефон без промедления и каких-либо сомнений.
Смелый и странный мужик.
Хотя… даже если бы он думал, что я могу спереть его телефон и неожиданно брошусь бежать, то он бы явно смог меня догнать на своих-то длинных ножищах.
Может, поэтому и был всегда такой спокойный.
Если бы я умела так же разбрасывать всяких негодяев за пару секунд, может, я бы тоже не нервничала и не совершала всех этих малоприятных поступков!
У него был очень простой телефон.
Не кнопочный, конечно.
Но и далеко не последней модели.
На экране были какие-то царапины и трещина.
Без чехла. Без заставки. Просто черный экран. Даже времени не было.
Впрочем, меня это не должно было волновать.
Но почему-то интриговало!
Я быстро набрала собственный номер и нажала кнопку вызова, дождавшись, когда мой телефон в кармане завибрирует.
— Вот. Это мой номер, — я протянула ему телефон, почему-то дрогнув от того, как он коснулся меня длинными горячими пальцами.
Прикосновение было легким и ни к чему не обязывающим, но оно пробрало меня до самого нутра, заставив сбиться с мысли.
— Позже созвонимся и решим…
Его глаза словно сверкнули, и голос снова заметно изменился, став ниже и чувственнее, когда Марс выдохнул:
— Решим что?
И ведь сам всё прекрасно понимал!
Потому так и отреагировал и смотрел настолько пронзительно и горячо, что я переступила с ноги на ногу и насупилась.
Я не любила, когда меня загоняют в угол: не важно, словами, взглядами или действиями.
От этого я становилась как та мартышка с гранатой, которую лучше обходить стороной как можно дальше.
— Слушай, я от своих слов не отказываюсь, ясно! Если сказала тебе, что дам — значит дам!
Мужчина улыбнулся и чуть изогнул брови, словно был искренне удивлен услышанным, а я криво улыбнулась и быстро добавила:— …Но если бы ты был старым, страшным и вонючим, то я бы сбежала раньше, чем нас выпустили из полиции!
— Вынесла бы собой стену? — хохотнул он.
— Это уже зависело бы от степени твоей омерзительности!
— Тогда я рад, что не настолько противен тебе, Лилу."
"На самом деле и я была рада.
Всё-таки такие сочные и завидные мужики встречаются раз в жизни.
