Сладкая для Палача — это жареная уcatch-хајт о заключённом, который не выжил в условиях палача. В новогоднюю ночь беглец попадает в камеру временного содержания, где холодно и сыро, словно зверушка в клетке. Подглядывая за тюремщиками — тоже несчастными служителями закона, которые недовольны праздничным дежурством, герой жаждет выбраться на свободу. Атмосфера мрачна и пугающе-жестокая, в ней царит острый хлопотный ритм жизни заключённых....
Вот тебе и защитники правопорядка!
Да у него самого руки тряслись от страха, когда он закрывал за громилой дверь, а затем неловко вешал замок, пока громила безмятежно прошел мимо меня, усевшись на приваренную железную скамейку, и уставился так, что у меня по спине мурашки побежали.
Вот ведь черт!
Влипла так влипла.
Разве можно было найти что сказать этому ненормальному типу?
Кто себя так ведет в полицейском участке?
И потом, ежу было понятно, что нашел он меня явно неслучайно.
Скорее всего, следил.
И мне это очень не нравилось.
— Ты кто такой? — буркнула я, будучи уже просто не в состоянии вынести его взгляд, который я не могла рассмотреть из-за тени, что отбрасывал козырек бейсболки, но точно знала, что смотрит он только на меня.
Дело было не в том, что в этой клетке была только я, помимо него самого.
С таким же успехом он мог спокойно смотреть на полицейских, один из которых матюгался и хрипел, захлебываясь кровью, а второй бегал вокруг него и, кажется, не мог понять, чем ему помочь.
Этот взгляд я ощущала на себе.
Очень странное и пробирающее до костей ощущение.
— Просто парень из клуба, — отозвался он наконец, на что я не смогла сдержать нервного смешка.
ПРОСТО!
— Ты ПРОСТО решил прогуляться и заглянуть в ближайший полицейский участок? И так же ПРОСТО двинул полицейскому промеж глаз?
Мужчина только пожал плечами:
— Да. Что-то вроде этого.
— И часто ты так гуляешь и лупишь полицию?
— Иногда бывает.
Эта его умилительная безмятежность и покой доводили меня до состояния паники.
Он походил на удава, который свесился с ветки, и было не ясно: он уснул в таком неудобном положении? Или выслеживает тебя, чтобы сожрать?
Почему мне казалось, что второй вариант был более правильным?
— Зачем тебе понадобилось говорить со мной? — насупилась я, скрещивая руки на груди, чтобы было теплее и чтобы закрыться от него — огромного, молчаливого и странного.
— Хочу понять, что происходило в клубе.
Я тихо и нервно рассмеялась, чуть выгибая брови:
— Это был твой первый поцелуй, что тебя так контузило?
— Не первый.
— Сочту за комплимент, — пробормотала я, потому что чертово смущение снова дало о себе знать.
Я тоже вот так на мужиков не кидалась, но и не отбивалась от них, как с ним.
Потому что даже если сначала он был ошарашен, то потом втянулся. Очень даже.
Я бы даже сказала — чересчур.
— Так от кого ты бежала и по какой причине те мужчины преследовали тебя?
А вот это уже было нехорошо.
— Я просто домой торопилась.
