Огромный снежный буран грохотал вокруг Алекса, пытаясь унести его под своими монолитными хлопьями. С каждым новым вдохом воздух становился тяжелее, словно он сам весил килограммы, но он не сдавался. Он понимал, что нужно подняться и быстрым шагом пробиться сквозь этот ад, чтобы добраться до места встречи....
Поневоле начнешь отличать истинные сокровища от безделушек.
Сколько ж всего он дарил Милли… Нет, Алекс не жалел о подарках и потраченных деньгах. Но все же испытывал досаду оттого, что невесту свою он едва ли сможет так баловать. В то время как Лиза этого достойна – куда более достойна, чем Милли.
Тем временем ювелир снова как будто прочел все мысли Алекса. Во взгляде за толстым стеклом монокля мелькнула надменность, он вскинул подбородок, и даже как будто ростом сделался повыше.
– Так вы будете покупать часы, сударь? – важно поинтересовался он.
– Я… все-таки не уверен насчет часов. Пожалуй, еще осмотрюсь, ежели вы не против.
– Осматривайтесь… – Ювелир позволил себе нахмурить брови и, более не обращая внимания на Алекса, занялся своими делами.
Теперь бы ненавязчиво вернуться к дверям, да выбраться наружу… но что-то заставило Алекса остановиться у соседней витрины.
– Скажите-ка, любезный, а гребни дамские, заколки вы продаете?
– У нас самый большой выбор в городе, мы все продаем, – отозвался ювелир, хоть и без былого интереса.
– Да. Гребень золотой, очень тонкой работы с зелеными, красными, синими камнями и изображением жар-птицы. Бывают у вас подобные?
– Жар-птицы? Нет, пожалуй, с птицами гребней у нас нет. Но есть с рыбками. – Ювелир невесомо окинул Алекса взглядом, снова прикидывая его платежеспособность, и, извиняясь, договорил: – правда, они парные. Вам придется купить две заколки.
– Парные? – переспросил Алекс.
И что-то в его голове будто щелкнуло.
Насколько знал о дамских гребнях да заколках, они и правда частенько бывали парными. Совершенно одинаковыми, разве что голова у птички или рыбки смотрела в иную сторону. Однако у Маши Титовой была одна заколка! С птицей, глядящей влево. Что, если где-то есть вторая?
И вопрос о том, кто подарил бедной учительнице такое украшение, заиграл новыми красками. Отчего они с Кошкиным решили, что даритель – непременно мужчина? Сама Маша позволить себе такую заколку, конечно, не могла… зато могла Лиза Кулагина.
Как отделался от ювелира, Алекс даже не помнил: ноги скорее несли его в дедов особняк. А когда в гостиной он столкнулся с матушкой, план сложился окончательно.
– Алекс, милый, ты сегодня что-то совсем поздно, – упрекнула матушка, наряженная не по-домашнему, а для выхода. – И до сих пор не одет! Мы же опоздаем!
Того, что сын отсутствовал двое суток, она, кажется, не заметила.
– Мы приглашены к Кулагиным? – уточнил Алекс.
