Заброшенный дом на окраине Быстровки ожидает своего нового хозяина. Внутри — темные коридоры, старые телеграфные столбы и потертые двери, словно зашитые в камень. Но вот что-то движется среди извивов доминиканской паукообразной растительности на подворье — это сигнал к поискам сокровищ, забытых долгие годы временем и войн....
– Покойник.
– Да вижу я. Он тоже здесь живет?
– Нет, пришел меня убить.
– Понятно. – Сержант почесал затылок, не снимая пилотку. – У вас лицо в крови, товарищ капитан.
– Тебя это удивляет? Мы немного подрались. Будь другом, больше не спрашивай ничего, ладно? Он мне не только физиономию отрихтовал, но и руку повредил. В госпиталь надо. Тех троих ты доставил по адресу?
– Так точно, товарищ капитан, все трое в тюремной больнице, вернее, в коридоре. У них там мест нет. Это не вы постарались?
– А ты шутник, сержант.
– Ильинский.
– Я так и думал. А теперь воздержись от дальнейших расспросов, вызывай милицию, пусть все оформят. Скажи, что капитан Осокин из контрразведки СМЕРШ передает им привет. В госпиталь этого кренделя не надо, уже не поможет. Пусть в морг везут. И чтобы тело до особых указаний пребывало именно там и никуда не делось. Понадобится моя подпись – добро пожаловать в контрразведку. Засим вынужден откланяться, товарищ Ильинский.
– А куда вы, товарищ капитан?
– Не на кладбище, не надейся.
Доктор Светин сидел за столом в ординаторской хирургического отделения, перелистывал бумаги. В стеклянной пепельнице дымилась папироса. Он поднял голову и уставился в дверной проем воспаленными от недосыпания глазами. Зашевелилось туловище на кушетке, застонал очкарик-медик. Он спал, не снимая халата.
– Да, я вас слушаю. – Светин устремил на посетителя мутный взгляд.
Очки ему не помогли. Усталость, накопившаяся за сутки, ухудшила его зрение.
– Я к вам за помощью, Дмитрий Владимирович.
– И вам не хворать. Подождите, любезный, я вас с трудом, но узнаю. – Доктор поднялся, подошел ближе. – Ну конечно, мы с вами недавно общались, вот только фамилию вашу не помню. Столько лиц ежедневно!..
– Осокин Иван Сергеевич.
– Да, конечно. Мы встречались при печальных обстоятельствах. Полагаю, и сегодня вас привело ко мне не самое радостное событие. У вас кровь на лице, синяк набухает, и я не сразу вас узнал.
– Синяк и кровь – с этим я сам разберусь.
– Руку, говорите? – Доктор смерил посетителя задумчивым взглядом. – Давайте полюбопытствуем.
– Только не трогайте. – Иван попятился.
Боли в плече было столько, что она расползалась по всему телу. Капитан даже дышал с трудом.
– Посмотреть, но не трогать, – задумчиво проговорил Светин. – Даже не знаю, насколько поможет вам такое врачевание. Пойдемте в соседнее помещение, посмотрим, что с вами приключилось.
