Заброшенный дом на окраине Быстровки ожидает своего нового хозяина. Внутри — темные коридоры, старые телеграфные столбы и потертые двери, словно зашитые в камень. Но вот что-то движется среди извивов доминиканской паукообразной растительности на подворье — это сигнал к поискам сокровищ, забытых долгие годы временем и войн....
Привлекайте новые кадры, свежие головы. Они распутают клубок, с которым не смогли справиться мы.
– Как у тебя все просто. – Зашуршала пачка папирос. – Курить будешь?
– Так мне нельзя.
– Хорошо. Нельзя так нельзя.
– Ладно, давайте.
Курить с похмелья было противно, ком вставал в горле. Хватило нескольких затяжек, недокуренная папироса полетела в парашу.
– Достукался. Навалял ты вчера дел, Осокин. Столько людей погибло, а ты, как ни крути, ими командовал. Голова-то ничего, работает? Излагай подробно и четко все, что вчера случилось.
– Я все понимаю, товарищ подполковник. Лучше бы я погиб, а не ребята. Место работы радиостанции наши техники высчитали правильно. Их было двое, мужчина с женщиной, прибыли предположительно на машине, но ехали не через Овчинниково, предпочли объездную дорогу.
– Могу тебя огорчить, был и третий, – проворчал Редников.
– Как это? – опешил Иван.
– Он находился в лесу. Там есть еще один проселок. К Верещагину прибыло подкрепление, и до темноты солдаты успели прочесать район. Машина стояла на лесной дороге. Там обнаружены свежие следы. Судя по рисунку протектора, это был «ГАЗ-64» или «ГАЗ-61». Эти автомобили используют не только военные. Шанс ее найти нулевой, если не поможет случай. Но что-то мне подсказывает… Ладно. Этот человек ждал сообщников. Он все видел, но не вмешался.
– Не имею понятия. Молодая, внешне привлекательная. Не уверен, что это она.
