В Арсения Кирилловиче жила вечная тревога и страх за свою жизнь. Шаг за шагом он ускользал от своих подозреваемых, а сам оставлял следы, как будто следовал по инею. Однажды он неожиданно пригнулся к забору, прячась от чья-то тени, когда внезапно услышал знакомый бас. Здесь начинается Сломанная тень — описательный роман о страхе и слежке в весеннем Петербурге....
Наставник, непререкаемый авторитет, старший товарищ! Какая муха его укусила?
– Он хороший доктор?
– Один из лучших! Лейб-медик, принимал роды у императрицы. Да и постарше меня. Уверен, его кандидатура князя устроит!
– Что ж, спасибо за совет. Попробую им воспользоваться. До встречи, Илья Андреевич!
Тоннер наклонился к ее ручке.
– И еще одна просьба! – прошептала Юлия. – Не могли бы вы тотчас переговорить с Полиной? Она тоже нуждается в вашей помощи!
– Конечно!
– Полина не хочет, чтобы о вашем разговоре знали.
– Да.
– Она вас там ожидает.
Денис только-только успел переодеться, как в его комнату вошла Полина. Села в кресло и загадочно улыбнулась:
– Не помешала, Денис Кондратович?
Что такое? Почему он слова не может вымолвить? Настал самый важный момент его жизни, а губы склеились, зубы сжались, язык онемел. Только кивнуть удалось.
– Я пришла извиниться за маменьку! Вчера она вела себя дурно! Вы не сердитесь?
Господи, прости! Неужели он говорить разучился? Хорошо, хоть голова слушается.
– Ну и отлично! А на меня? На меня не сердитесь? Вы по-прежнему мне друг?
Тут Денис окончательно растерялся. Говорить он не может, а вопросов задано два. Если головой помотать, получится, что не друг, а если кивнуть, вдруг подумает, что сержусь? Впрочем, Полина ответа ждать не стала:
– Денис! Мне надо переговорить с господином Тоннером! Но так, чтобы никто не знал.
– Да! – от неожиданности Угаров обрел дар речи.
– Вы не могли бы на полчаса уступить нам с доктором вашу комнату?
Словно заучивший единственное слово попугай, Денис повторил:
– Да!
– Спасибо! Я знала, на вас можно положиться!
– Да!
– Что ж вы стоите? Идите, идите…
С ногами тоже что-то произошло. Они перестали слушаться, как только вошла Полина. На негнущихся конечностях Денис медленно двинулся к выходу.
– Спасибо! Вы очень милый! – Налединская порывисто подскочила и чмокнула юношу в щечку. Ей было неловко выгонять гостя из комнаты, но визит доктора в ее собственную вряд ли остался бы незамеченным.
От нежного прикосновения Угаров дернулся, как дохлая жаба от электрического разряда (сей опыт Тоннер недавно показывал).
Тоннер, Тоннер! Кто бы мог подумать? Не помня себя, Денис поклонился и выскочил из комнаты.
