Взглянув на изможченное тело ее трофея Ренцо — почти выжженное жестоким обращением и недостатком пищи, сердце у нее сжалось. Теперь красоты мало что осталось: кровоподтеки на бледном лице, обнаженное тело едва не прозрачное от истощения. Клетка — маленькая как кошачья гостиница, а Ренцо в ней смотрится почти неузнаваемым — его глаза застыли в ожидании....
Если вдруг кто-то зайдет или ты услышишь шум, то буди меня сразу, договорились? Просто толкай, я проснусь.
— Кто-то зайдет?
Мэй ощутимо напряглась, тревога в ее глазах.
— Если я не хочу отдавать тебя добровольно, то они могут найти другие пути. А потом расскажут мне, что ты сама сбежала. Не стоит давать им повод. И не волнуйся, законных оснований у них пока нет.
Ренцо лежал на спине, глядя на Мэй снизу вверх.
По-хорошему, конечно, стоило заставить ее все рассказать. Он имеет право знать, или уж не ввязываться.
Хотя не ввязываться уже поздно.
Мэй смотрит на него…
Такая красивая, и так близко, что сердце замирает, и даже сон уходит на второй план. Она краснеет под его взглядом, и становится еще прекрасней. Хочется сказать что-нибудь такое простое и приятное, но страшно испугать. С комплиментами у Ренцо всегда были проблемы, правильные слова не выходили… да и с женщинами плохо выходило тоже.
— Ты очень красивая, — сказал он. По крайней мере честно.
У нее дрогнули губы, но она их тут же поджала.
— Я должна как-то расплатиться за твою помощь, да? Ты говорил, что я могу выкупить свою свободу. Чего ты ждешь от меня? Только магии? Или чего-то еще? Как от женщины…
Она запнулась, краска залила щеки окончательно."
"— Нет, — сказал Ренцо. — Как от женщины я жду от тебя только понимания. Дома меня ждет жена, и хотеть чего-то от тебя было не честно. Даже не по отношению к тебе, а по отношению к ней. Жена и дети. Так что, только магия, если ты умеешь.
Мэй чуть улыбнулась.
— Умею, — сказала тихо. — Я попробую.
Потом, подумав немного, повернулась к нему, села ближе, потянулась.
— Закрой глаза. Я могу кое-что сделать даже сейчас, если ты не боишься. Я знаю, что в Илое не любят магию…
— Не боюсь, — сказал Ренцо. — В Илое нет магии, только Гильдия.
Глаза он послушно закрыл. Почувствовал, как ее ладонь коснулась его лба — такая нежная и теплая, чуть подрагивающая от волнения.
— Сейчас… Не двигайся, ладно.
— Хорошо.
Справедливости ради, магией можно и убить, Ренцо слышал, как чистокровные джийнарцы могут убивать одним прикосновением.
Тепло. Мягкое тепло под ее пальцами, оно проникает сквозь кожу, растекается по всему телу. И даже сознание чуть-чуть плывет, что-то происходит. Кажется, он засыпает, и уже ничего не может сделать, даже пошевелиться нет сил. Но так хорошо… Спокойно. И вдруг тепло уходит.
Мэй убрала руку.
