Взглянув на изможченное тело ее трофея Ренцо — почти выжженное жестоким обращением и недостатком пищи, сердце у нее сжалось. Теперь красоты мало что осталось: кровоподтеки на бледном лице, обнаженное тело едва не прозрачное от истощения. Клетка — маленькая как кошачья гостиница, а Ренцо в ней смотрится почти неузнаваемым — его глаза застыли в ожидании....
Но Ренцо не один…
За поворотом, переехав по мостику небольшой ручей, Ренцо вдруг остановился. Вытянулся в седле, напрягся.
— Что-то случилось?
— Нет, — он качнул головой. — Нет, все хорошо. Мы приехали. Вон, на холме…
Высокий роскошный дом проглядывал сквозь зелень.
— Твой дом? — тихо спросила Мэй.
Ренцо кивнул, и словно собрался с духом. Словно ему нужно было решиться на последний шаг. Легко ударил лошадь пятками в бока.
— Едем, — сказал глухо.
* * *К дому вела аллея высоких сосен.
Поздний вечер, пока добрались — успело стемнеть, и хозяина не очень-то ждут, никто не встречает.
Лишь когда Ренцо подъехал почти к самому крыльцу, из дверей выскочила девочка, и пожилая нянька за ней.
— Папа!
Девочка стрелой сбежала по ступеням.
Ренцо соскочил с лошади едва ли не на ходу, бросился вперед, и замер в полушаге. Девочка сама крепко обняла его.
— Ты ведь мой папа, да?
Ренцо присел на корточки рядом. Мэй видела, как он улыбается, счастливо и неуверенно сразу, осторожно.
— Ты ведь Виола?
— Да! Ты мой папа?! Я так ждала тебя!
— Да, — он подхватил ее на руки, и она крепко обхватила его шею, прижалась.
— А мама сказала, что ты завтра приедешь! Но я знала, что сегодня! Я ждала! Мне так хотелось первой тебя увидеть!
Ренцо смотрел на нее, улыбался… разглядывал.
— Я сегодня приехал, тоже спешил увидеть тебя, не хотел ждать. Пойдем в дом?
— Пойдем! Ух… — Виола принялась задумчиво водить маленькими ладошками по его лицу, по волосам, словно исследуя, — какой ты… колючий… а волосы у тебя светлые! А мама говорила, что темные!
— Выгорели немного, — тихо сказал Ренцо, и Мэй почудилось что-то странное в его голосе, — раньше темнее были.
"Нянька, застывшая у высоких резных дверей, испуганно прижала руки к груди.
У Виолы тугие каштановые кудряшки, и на Ренцо она не очень-то похожа. Может, на мать?
— А у меня темные, как у дяди Доменико, — весело призналась Виола. — А мама говорит, что у твоего брата, дяди Мариу, такие были, и у бабушки Росы, но я их тоже не видела никогда.
— Да, были, — Ренцо чуть потрепал девочку по волосам, и она засмеялась. — Мама твоя где?
— Мама отдыхает. У нее всегда так много дел! А ты что мне привез?
— Сейчас… — Ренцо перехватил ее одной рукой, а другой полез в карман, достал деревянную лисичку. — Вот, держи. У меня для тебя еще подарки есть, но привезут завтра, вместе с остальными вещами.
— Ух ты, какая! — Виола очень честно обрадовалась, стала разглядывать лисичку со всех сторон.
