В тесной комнате без окон скрывался тревожный парадокс — две души, истощенные борьбой и надеждой на выздоровление. Они искали прикосновение к свободе в гнетущей упорядоченности, хохотали безумной песней жизни над привычным концом. — Этот рассказ охватывает момент сознательного выбора, когда боль становится толчком к взрыву, и как слабое человеческое желание превращается в невероятное подлинное бессмертие....
Работа! — Альбертыч снова вздохнул, судорожно сглотнул слюну и удалился шаркающей походкой.
— Ра-бо-та, — с расстановкой повторил Сибирцев. — Ему проще. Взял труп, расковырял, написал заключение… Ну а нам с ними что делать? Допросить-то никак не получится!
— Тьфу, блин, совсем забыл! — спохватился я. — Типа со свернутой шеей Эмир опознал по фотографии. Это некто Аслан Теймуразов. А двоюродный братец его, Муслим, чемпион Европы по боям без правил и тоже наш клиент. Именно он был сегодня в номере с Асланом и еще с кем-то третьим.
— Слава Богу!!! — расцвел Костя. — Ниточка не оборвана! Вечером потолкуем с Эмиром, а пока… Гм! Давай запросим «базу» о Муслиме. Зачем попусту время терять, да и дополнительная информация не помешает…
Глава 6
Упоминавшаяся ранее конспиративная квартира (кстати, единственная, которую знал Эмир) находилась в престижном районе города на пятом этаже монументальной сталинской высотки.
"Мы с Костей приехали на Смоленскую в начале двенадцатого и, приготовив себе кофе, расположились в одной из комнат.
