В темном зале для бизнесменов и их сподвижников наливают выпить. Стол набран за тридцать человек – мужчины успешные и богатые, некоторые из которых уже сильно пьянеют. Делится информация о долетевшем самолете, а затем разгорается дискуссия вокруг предложенного им предпринимателя Соколова. Раф растерянно осматривает меню, не понимая кулинарные хитрости – кто бы с ним и в ресторане не заказал!
Рассказываю о Лене и ее непростом пути в спорте, а Тане, которая мечтает стать первым ученым с Олимпийской медалью. И как мне горько из-за обиды, которую испытываю.
Рассказываю о своем отношении к любым наркотиках, и тому, как опасно их принимать тем более в Эмиратах. И что я слишком переживаю за Алекса, чтобы реагировать на это спокойно!
Упоминаю, раз уж у нас, оказывается, деловые отношения, что если он потребует назад «тонну высосанных мною денег», то придется подождать. Иначе мне придется публично объявить, что Равский после разрыва вымогает у девушки подарки.
Помешкав, добавляю: у хромой девушки, которая жизнь положила, чтобы представлять страну.
В конце честно признаюсь, что он мне нравился. И что я не жалею ни о минуте рядом с ним. И что чуть не умерла от страха, когда он попал в аварию и до сих пор жутко от одной мыли. Напоминаю, как вчера было страшно. И как он всё обесценил.
Получилась довольно-таки приличная простынь, которую нет сил перечитать даже. Чуть помешкав, отправляю.
В конце пишу: «Я буду завтракать в восемь. Не могу пропустить, мышцам нужен белок. Хотя аппетита нет совсем. Мама, как проснется, пришлет деньги на дорогу домой. Прощай»."
"После чего заканчиваю упражнения. Принимаю душ, одеваюсь. Кондиционеры в этом отеле работают на максимум, поэтому на футболку натягиваю новую розовую толстовку с единорожкой. И нет, она не детская, как сказала мама! Размер взрослый.
Взяв тарелку с омлетом, вареной куриной грудкой и овощами, я присаживаюсь в уголке ресторана.
Холодно. Натягиваю капюшон, медленно ем. Внутри пустота.
Я так сильно сконцентрирована на себе, что не сразу замечаю, когда кто-то подходит.
Поначалу думаю, официант. А когда глаза поднимаю — пугаюсь до смерти!
Равский.
Пришел! Стоит! В руках тарелка, на ней один крошечный бургер!
Сердце отчего-то сжимается. Не могу просто так на него смотреть! Слезы подкатывают. Как он мог на меня орать?! Как?! После всех поцелуев, после того, что было?! Он всё обесценил, всё свел к деньгам!
Глаза опускаю, молчу. Пульс ускоряется.
Алекс пялится, аж кожу покалывает. Произносит:
— Я бы хотел извиниться за вчерашнее.
Быстро вытираю щеки ребром ладони. Он рядом — большой, сильный. Нависает. Вдруг становится так жалко себя! Наорал на меня и ушел. Знать бы еще к кому? С кем спал? Окатывает раздражением, благо, хоть слезы высыхают.
Поджимаю губы.
— Я прочитал твое сообщение. Не против, если присяду?
Молчу, отвожу глаза в сторону.
