Автор
В темных улочках города, где тонкий слой снега подчеркивает трещины асфальта, взгляды на бедность стали равнодушными и презрительными. Тогда семья была лишь второстепенным интересом, но теперь история вернулась, чтобы пересказать правду о жертвах — неуглям Адаму, чьи глаза в зеркале теперь смотрят на мир с болью и осознанностью....
В те вечера они вчетвером садились за стол и подолгу болтали о чем-то интересном — Артем уже не пытался вспомнить, о чем именно. И хотя та жизнь превратилась в не оставивший после себя следов фантом, он так и не забыл ни сладкий, почти приторный вкус тыквенного варенья, ни Настин мелодичный смех, под который они на пару с Таней пытались, как русские купцы, пить чай с блюдец.
Среди звуков закипающей воды послышалось несмелое покашливание, и Артем обернулся. На пороге кухни стояла Даша и неуверенно, выжидающе на него смотрела.
Артем чуть нахмурился. Все-таки плакала.
— Садись, — кивнул он в сторону стола. — Сейчас налью чай.
— Не нужно, — попыталась она возразить. — Я так...
— Садись, — повторил Артем почти грубо и мысленно выругался, уловив краем глаза дерганное движение острых плеч. — Поверь, чая мне на тебя не жалко.
— Спасибо, — поблагодарила она все тем же потухшим тоном.
Заваривая чай, Артем размышлял над случившимися с сидящей на его кухне девчонкой переменами и не мог сказать, что рад. Та, что в их первую встречу едва не кинулась на него с кулаками, пылая якобы праведным гневом из-за оскорбленной чести отца, теперь вздрагивала от каждого громкого слова и явно стремилась слиться с окружающей обстановкой, — разница его пугала.
— Рассказывай, — заговорил Артем снова, поставив перед Дашей кружку. — Почему ты опять здесь?
Она замялась.
— Это... сложно объяснить.
Артем хмыкнул.
— Не помню, когда мы говорили о чем-то простом.
— Если честно, я сама не знаю, почему пришла... сюда. Мне было некуда... — Даша резко умолкла и сверкнула в сторону Артема испуганными глазами, будто сказала больше, чем намеревалась. Очевидно надеясь переключить фокус его внимания со своих последних слов, сбиваясь, она продолжила говорить: — Наверное, хотела еще раз напомнить себе, что весь этот кошмар не сон, а реальность? Не знаю.
— В смысле «некуда»? — перебил Артем требовательно, лишь только ее оборвавшейся на половине фразе нашлось логичное продолжение в его голове. — Тебе было некуда пойти?
— М-м, — она замялась. — Не совсем так. Просто...
Несмотря на зарождающиеся внутри легкое раздражение, Артем молчаливо дожидался объяснений, Поведение Даши его нервировало.
