Автор
Весны ритмы заставляют город вспомнить старые обиды и злость. Вот она — середина дня, дворник несет свой гнев к коллегам, а вечером мужик на соседнем подоконнике молчит, наблюдая, как женщина рядом с ним делает ту же самую шпору. В окне соседнего дома – новая картина: и там стоит жена, тоже ожидая своей очереди за чаем. Все это в одном доме, каждому — свой взгляд на мир....
Может, так и должно было произойти, чтобы мы навсегда расстались? Ну не может же быть два подарка сразу…
Через минуту я поняла – я опоздала. Семь месяцев. Сколько у него за эти двести дней было женщин? Скольких он держал в объятиях и испытывал к ним чувства куда более яркие, чем ко мне? Зачем я вообще стою у его двери?
Развернувшись, я побрела к себе.
И в этот момент за моей спиной клацнул замок.
– Почему ты не зашла?
Стоя к Антону спиной, я прошептала:
– Потому что окончательно решила, что не нужна тебе.
– Я приходил к тебе два раза.
– Зачем?..
– Чтобы увидеть. Но потом понял, что ты улетела в Голландию. Сначала решил ехать к тебе, но потом отказался от затеи.
– Почему?
– Потому что окончательно решил, что не нужен тебе.
Я развернулась. Он стоял на площадке, прислонившись спиной к косяку. Дверь в его квартиру была распахнута.
– А ты предполагал, что нужен?
– Это я предполагал для себя.
– Так и есть…
Антон подошел так близко, что я чувствовала его дыхание.
– Я не хочу выглядеть неприлично.
– Я знаю. Поэтому мы уедем в Голландию, – я схватила его неумело, словно пьяная, никогда ранее так не хватала. Я словно вцепилась в веревку, что уползала от меня в пропасть с привязанным к ней бесценным грузом. – Антон, ты не можешь бросить меня во второй раз!
– Это точно. Но тебе придется избавиться от завода.
– С чего это?
– С того, что когда-нибудь, рано или поздно, ты обязательно подумаешь, что нас связал именно он.
– А на что мы будем жить?
Он посмотрел мимо меня взглядом, который хранил в себе несметное количество тайн.
– Думаю, я смогу компенсировать тебе эту потерю.
– Через сто пятьдесят лет?
– Зачем так долго? Сразу, как только ты скажешь мне «да».
– В ответ на какой вопрос?"
"– Любишь ли ты меня?
– Да!
Двери лифта грохнули, и из них вывалился пьяный Сучков.
– Я прошу прощения, господа, – он посмотрел на меня и приподнял засаленный картуз.
– Сколько? – не глядя на него, спросил Антон. Он держал меня и правильно делал. Я находилась в том состоянии, что ноги меня почти не держали.
– Одна.
– Что одна? Одна тысяча?
– Раковина одна!
– Цена?
– Одна.
– Что одна? – рассмеялся сосед.
– Одна тысяча.
Я расхохоталась.
