Не так я представляла себе нашу встречу, на которую возлагала надежды о воссоединении. И на красивый финал наших недолгих, но ярких отношений происходящее тоже не похоже. Скорее, это выглядит как начало нового поединка, в котором я заведомо обречена на позорный проигрыш. И всё, что я могу — попытаться удержать хорошую мину при плохой игре.
Глава 22. Многообещающее ничего
«I may cry ruining my makeup Wash away all the things you've taken And I don't care if I don't look pretty Big girls cry when their hearts are breaking"
(Перевод: Может быть, мои слёзы размоют тушь и унесут с собой всё то, что ты у меня отнял. И мне плевать, если я выгляжу некрасиво. Большие девочки плачут, когда у них разбито сердце).
Жду пока дверь за Лаурой захлопнется и делаю в сторону Марка несколько шагов, настолько широких и решительных, насколько позволяет узкая юбка, чтобы спросить:
— Если соизволишь прочесть выводы аудиторов, удостоверишься сама. Но врать тебе мне не за чем, — отзывается Нестеров спокойно пожав плечами. — К тому же, тебе ли не знать о том, что расходы Антона явно превышают доходы. Более того, часть средств «Архитека», что были им присвоены, потрачены именно на твое содержание. Суммы такие, что на несколько эпизодов уголовного дела хватит.
С невозмутимым видом Марк протягивает мне ещё одну копию аудиторского заключения, в то время как листы того, что он давал Антону, все ещё разбросаны на полу.
Не хочу читать и кладу стопку документов на столешницу справа от себя. И без того знаю, что Марк не лжет. Но мне сейчас почему-то кажется важным совсем не это. А то, что для сбора такой информации требовалось время. Много времени.
— Скажи, ты ведь не сегодня это узнал? — не свожу с Нестерова прищуренных глаз. — И не вчера, верно, Марк? И, наверное, даже не позавчера?
Чувствую себя использованной и униженной и огонь обиды внутри разгорается в настоящую ярость, которая выжигает изнутри растерянность и страх.
— А разве это имеет значение? — невинно интересуется он.
Я делаю к мужчине ещё один шаг:
— Еще какое! Ты специально подобрался ко мне поближе, чтобы унизить сильней! И как, Нестеров? Сильно тебя радовала мысль о том, что ты спишь с сестрой своего врага? Когда ты собирался рассказать мне о том, что планируешь отправить в тюрьму последнего близкого человека, который у меня остался? Или ты думал сообщить об этом ему, сделав меня ещё одним козырем в собственном рукаве?
— Прекрати, — обрывает он, когда мой голос срывается на крик и я близка к тому, чтобы впасть в истерику. — Не неси чушь.