В тревожной атмосфере начала декабря 1942 года, где советские войска искали путей сдерживания немецких захватчиков, Семён Гудзенко призывал на помощь специальные подразделения. В квартире ветерана истории вспыхнула дискуссия о незамеченных ранее перспективах противостояния с Вермахтом. Здесь же, в этом обычном доме, началась история спецназа Берии, первого боя, предвестника новых ужасов и героизма....
А ведь это не они были приданы для усиления омсбоновцев, а как раз наоборот – отряды ОМСБОНа были даны им в помощь. С логикой такое поведение вязалось не очень."
"Во-вторых, из этого боя бойцы вынесли для себя непререкаемую истину: воевать на лыжах категорически нельзя. Невозможно одновременно соблюдать равновесие и вести прицельный огонь! Держать в руках палки и карабин! Странно, что этого им не разъяснили в процессе подготовки.
И третье, что вывели для себя омсбоновцы: нельзя воевать замёрзшим оружием. Об этом бойцов почему-то тоже не предупредили.
Большой опыт приобрели бойцы ОМСБОНа в этом бою. А главное, усвоили некоторые тактические приёмы противника. Убедились, например, что практика поджигания домов при ночных боях за населённые пункты у германских войск была повсеместной. Самой действенной мерой борьбы с этой хитроумной уловкой стало как можно более скрытное приближение к занятым противником позициям, а затем молниеносная атака, что и нашло применение в дальнейшем.
Хлуднево
По возвращении в Гульцово лазнюковцы пребывали в подавленном состоянии.
Командир отряда по телефону связался с полковником Ерёминым и доложил ему о результатах ночного боя. Комдив приказал к 23.00 прибыть в расположение 1105-го стрелкового полка в село Которь, кратко оповестив, что предстоит отбить у фашистов деревню Хлуднево.
– Какие силы нам следует задействовать в бою? – уточнил Лазнюк.
– По данным разведки, у них там до двух рот пехоты и несколько танков. Возьмите, пожалуй, человек тридцать. Поддержите моих ребят.
Кирилл Захарович не стал докладывать Ерёмину о противоречивых действиях его «ребят» в бою за Кишеевку. На войне бывает всякое. Мало ли, по какой причине бойцы могли спасовать, в бой-то они всё-таки вступили.
Ближе к вечеру, когда его подчинённые поели и немного отдохнули, Лазнюк объявил:
– В ночь снова идём в бой. Задействованы также первый и второй взводы, кроме раненых и обмороженных.
В принципе, остальное бойцам знать и не требовалось. Кирилл Захарович и сам до конца не был посвящён в подробности стоящей перед отрядом задачи. Это предстояло выяснить у командира 1105-го стрелкового полка.
Оставив в Гульцово резерв под командованием старшего лейтенанта Кривцова, группа, насчитывавшая 27 лыжников, отправилась в деревню Которь.
