В тревожной атмосфере начала декабря 1942 года, где советские войска искали путей сдерживания немецких захватчиков, Семён Гудзенко призывал на помощь специальные подразделения. В квартире ветерана истории вспыхнула дискуссия о незамеченных ранее перспективах противостояния с Вермахтом. Здесь же, в этом обычном доме, началась история спецназа Берии, первого боя, предвестника новых ужасов и героизма....
Кроме боевого снаряжения, выдавался десятидневный запас продовольствия: консервы, концентраты, сухари, сахар. А ещё санпакет, финка, котелок, фляжка…
Понятное дело, иметь при себе документы во время выполнения задания диверсантам-разведчикам не полагалось. В одежде у каждого были зашиты небольшие справочки, предъявление которых в случае необходимости позволяло подтвердить свою принадлежность к Красной армии.
– Расписок не выдаю, всё равно вам их некуда девать, – поговаривал старшина, принимая у бойцов на хранение документы и кое-что из личных вещей.
Перед отправкой отряда командование организовало тактическое учение «Взрыв моста и ведение боя с превосходящими силами противника». Тренировка проводилась в условиях, максимально приближённых к боевым. Занятие позволило сделать вывод, что подразделения готовы к успешному выполнению стоящих перед ними боевых задач.
Бить оккупантов в их же тылу мечтали если не все, то большинство омсбоновцев. Не случайно количество добровольцев превышало требуемые нормы раза в два.
Накануне убытия отрядов из Москвы в расположение второго полка, дислоцировавшегося в соседнем с Белорусским вокзалом здании, наведался командир бригады полковник Орлов.
– Почему у вас так шумно? – спросил он, едва переступив порог.
На лице дежурного появилась улыбка.
– Отправляем две роты, товарищ полковник, а ехать просится весь полк.
Михаил Фёдорович вскоре и сам в этом убедился. Первый такой желающий перехватил Орлова прямо на лестнице. В его голосе одновременно звучали решимость и отчаяние:
– Товарищ полковник! Красноармеец Строков. Разрешите обратиться! – И, не давая комбригу ответить, выпалил: – Прошу зачислить меня в роту, убывающую на боевое задание!
При всей серьёзности момента Орлов едва сдержал улыбку и как можно строже ответил:
– Во-первых, отряды уже сформированы.
Известный в батальоне радист несколько сник и торопливо, словно боясь, что его уже больше не будут слушать, затараторил:
– Я подавал. Но пока до вас дойдёт по команде, они уедут. Пошлите меня, товарищ полковник, – прибавил он с мольбой в голосе.
Но Орлов был непоколебим:"
"– Ничего страшного, поедете чуть позже с другими отрядами. А пока занимайтесь по распорядку.
