В тени кустов стучит сердце, а свет за окном пугающе медленно колеблется. Яркий огонь, гудящий в потолке и шорох одежды — все вместе создают непреодолимое чувство тревоги. Стальной цветок долины вырывается из глубин сознания, будоража жаром и холодом, радостью и отчаянием одновременно....
— Он рыдал от смеха, когда увидел, как ты трусливо бежишь от крохотной лисицы, — яростно ответили ему со стороны мужа.
Около десяти минут две стороны ожесточённо ругались, спорили… после перешли на откуп, требуя за невесту столько монет, что, услышав сумму, я поражённо уставилась на старого Фергала, с трудом сдерживаясь, чтобы не прекратить всё это безобразие. Радует, что этот кошмар не слишком затянулся и не успела я оглянуться, как меня подхватив под руки и увели к незнакомым людям в дом, там быстро нарядили не весь откуда взявшееся платье, нацепили вуалетку, прикрывая лицо.
— Нельзя чтобы лицо видели, — сердито пробормотала старушка, поправляя на мне платье, нравоучительным тоном продолжив, — до обряда девушка уходит в другой мир, там она берёт женскую силу. А уж после, когда муж снимет завесу, молодая возвращается и для неё заканчивается прежняя, девичья, жизнь и начинается жизнь замужней.
— Ты слушай её, ведающая знает, — назидательным тоном проговорила Эбха, вытирая слёзы с морщинистых щёк, — ничего вернутся.
— Спасибо, — растеряно прошептала, взяв в руки небольшой букетик цветов.
— Ну всё идём, а то не успокоятся, дай им повод только пошуметь, — хмыкнула ведающая, выводя меня из домика, вручила старому Фергалу.
— Идём дочка, ждут уже.
Обряд по традиции гелов отличался от обряда викингов. Здесь не было насыпи камней, зато был огромный дуб в центре площади. Вокруг него стояло несколько новобрачных пар, с серьёзными лицами они внимательно следили за каждым действием старушки, той самой, что накрыла моё лицо.
А после обряда все участники, весело подсказывая новобрачным, что им делать за закрытыми дверями их комнаты, дружно отправились к небольшой реке.
— Надин, — прошептал Киан, стоило нам наконец остаться наедине, — и боги земель Ибернии благословили нас.
— Это было…, — не смогла договорить, с трудом сглотнула комок, подкативший к горлу.
