Лейтенант Соколов не задавал лишних вопросов ротному командиру — его подчиненный знал все больше, чем говорил на фронтовой кухне. Весна 1942 года уже уходила в память, а лето жарче обычного, раскаленные брони смотрелись как стальные призраки на фоне безоблачного неба.
Скажешь Акимцеву, пусть он расчетам секторы обстрела обозначит.
Отпустив сержанта, Алексей повернулся к «семерке». Логунов потопал ногами по броне и спрыгнул на землю.
– Ну, все, товарищ лейтенант, окопчики оформили для Началова и Коренева, сектора обстрела согласовали с пехотой. Снарядов – по половине боекомплекта, патронов почти комплект. Если припрет, возьмемся за немецкое оружие, у них два пулемета целыми оказались, только землей присыпало. Так что, один хороший бой продержимся, может, два. А когда снаряды кончатся, останется только врукопашную идти.
– Пойдем, если надо, и врукопашную, – пообещал Соколов. – Что с горючим?
– Вот это теперь наше самое больное место, – тихо ответил Логунов, став вдруг серьезным. – У Петра запасные баки пробило, у Коренева левый бак снарядом сорвало совсем. Короче, стоять можем, пару раз позиции поменять можем, но активно маневрировать у нас теперь возможности нет. И уйти не сможем. Горючки на два часа хода по пересеченной местности. На приколе мы, командир.
– Возду-у-у-х! – пронесся над позициями протяжный крик.
И почти сразу стали слышны воющие звуки моторов немецких истребителей. Пара «мессеров» шла низко над лесом, с явным намерением скрытно выйти к мосту. Уж очень шумный был сегодня день, а немецкий командир вот уже несколько часов не выходил на связь. Теперь немцы узнают, что здесь произошло, поймут, что мост снова в наших руках.
– К бою! – крикнул Соколов. – Всем в укрытие, приготовиться к отражению атаки противника. Зенитчики, по самолетам огонь!
Спаренные «максимы» открыли огонь почти одновременно, ворочая своими тупыми стволами следом за воздушными целями.
Пехотинцы затаились в окопах, прижимаясь к стенке, которая находилась со стороны атакующих самолетов. Пара истребителей ушла за лес, снова набрала высоту и понеслась заново поливать позиции из пулеметов.
Соколов подумал, что им повезло, что это истребители, а не истребители-штурмовики, что на их с Акимцевым головы не посыпались осколочные бомбы.
Снова развернулись на турелях зенитные пулеметы. Стало слышно, что из окопов по самолетам стреляют из автоматов и немецких трофейных пулеметов.
Соколов не особенно рассчитывал сбить самолеты. Основная задача зенитчиков была отпугнуть «мессеры», не дать им прицельно атаковать наши позиции.
