Лейтенант Соколов не задавал лишних вопросов ротному командиру — его подчиненный знал все больше, чем говорил на фронтовой кухне. Весна 1942 года уже уходила в память, а лето жарче обычного, раскаленные брони смотрелись как стальные призраки на фоне безоблачного неба.
По таким вот признакам, как одинокий мотоциклист в ночном городе, который может быть только посыльным от командира штаба, с которым нет телефонной связи.
– Срочное сообщение лейтенанту Соколову из штаба дивизии, – крикнул мотоциклист, резко остановившись прямо возле порога.
– Я лейтенант Соколов, – поправив на плечах ватник, ответил Алексей.
– Вам приказано срочно явиться в штаб! Я за вами.
Небо осветилось на юге. Вспышки были яркие, кроваво-красные, вполовину неба. И тут же донесся грохот разрывов. Это было не на правом берегу Воронежа.
Штаб дивизии располагался в старом двухэтажном здании из красного кирпича с частично сорванной взрывом крышей. Почти все окна заколочены фанерой или завешены одеялами.
Соколов вбежал по разбитым, наскоро очищенным от осколков кирпича и штукатурки ступеням. В большом коридоре высокий подполковник с повязкой дежурного что-то объяснял двум молодым командирам и усатому мужчине в гражданском запыленном пиджаке, подпоясанном на военный манер офицерским ремнем с кобурой.
Вошедший следом мотоциклист торопливо доложил:"
"– Товарищ подполковник, лейтенант Соколов по вашему приказанию доставлен. Разрешите идти?
– А, вот он! – обрадовался подполковник. – Заходи, танкист.
– Товарищ подполковник, лейтенант… – Соколов начал было докладывать, как это положено по уставу, но подполковник перебил его, махнув рукой:
– Как твои танки? Закончил ремонт?
– Так точно! – взволнованно и почти торжественно ответил Алексей, понимая, что отдых закончился и сейчас ему будет поставлена боевая задача.
– Укомплектуем! – заверил подполковник. – Мне поручено поставить тебе задачу, танкист. Иди сюда, к карте. Мы сейчас упорно удерживаем левый берег. Некоторые части сражаются на правом берегу, хотя немцы не оставляют попыток сбросить нас с плацдармов в реку Воронеж. Но сегодня ночью, вот здесь, на рубеже ГЭС – село Боево, немцы прорвались на левый берег.
– В моей группе после боев за мост в Семилуках осталось два танка и один сержант-автоматчик из приданного нам штабом корпуса десанта.
– Знаю, не кипятись, лейтенант! – хмуро оборвал Соколова подполковник.
