Примерно в час ночи она сказала:
– Попробуй уснуть, если получится.
– Я попробую, но… – Вдох. – Что нас ждет потом? Чем мы будем заниматься, когда я вернусь?
Мое сердце тут же выдало мне тысячу многообещающих вариантов, но я выкинул из головы их все. Иногда слишком смелая надежда ранила так же сильно, как и ее отсутствие.
– Мы закончим графический роман, – сказал я. – Хочу обязательно это сделать. Ради тебя. Я хочу этого больше всего на свете.
– Мы уже почти его закончили, – отозвалась она.
– Да, ты права. – Я закрыл глаза и откинулся на подушку. – Давай доведем дело до конца. Если я все испорчу, никогда себе не прощу.
Зельда помолчала пару мгновений, а потом сказала:
– Раньше я тоже этого боялась. Не того, что ты все испортишь, а того, что это сделаю я. И что я налажаю, живя с тобой в этой крошечной квартирке…
– Мы ничего не испортим, – проговорил я.
– Я тебе верю. И это приятное чувство.
Она обессиленно вздохнула и произнесла отяжелевшим от усталости голосом:
Я кивнул, прижимаясь ухом к телефону.
Следующим утром в дверь позвонила Дарлин. Я стоял у кухонного столика и заливал в себя кофе, едва соображая после двух часов сна. Двигаясь, как ленивец, я опустил чашку и поплелся в коридор, но Дарлин, видимо, устала ждать и открыла дверь своим ключом.
– С Рождеством, Бэкс! – крикнула она, врываясь в мою квартиру, как ураган.
Она обняла меня за шею и чмокнула в щеку, после чего, не отпуская меня, сделала пару шагов назад и принялась рассматривать мое лицо.
– Что ты делаешь? – спросил я примерно десять секунд спустя.
– Пытаюсь определить, насколько сильно ты втюрился, чтобы решить, в каком магазине мы будем выбирать твой подарок для Зельды. – Она нахмурилась. – Мы же пойдем по магазинам, как собирались? Боже, ты ужасно выглядишь. Похмелье?
– Бессонница. – Я отстранился и взял пальто. – А что, кто еще использует слово «втюриться»?
– Точно не парни, – признала она, выходя вслед за мной в коридор. – Хорошо, как тебе такой вариант: я хочу увидеть, как сильно ты хочешь с ней покувыркаться.
– Вот и Зэл так отреагировала, когда я это ей сказала.
Я застыл на месте и уставился на нее.
– Ты сказала… Стой, что?
Она засмеялась еще громче и стукнула меня кулаком по плечу.
– Господи, ты бы видел свое лицо! А вообще, я не шучу. Тебе и правда надо его увидеть.
Она порылась в сумке.
– Сейчас я тебя сфотографирую.
– Остановись, – попросил я.
