Автор
Герман осторожно прикасается к себе, но это только разжигает его гнев. Медленные, но упрямые ласки Бергмана стирают все предыдущие репрессии. Аромат сигарет и кофе подчеркивают жесткую чистоту этого заковыристого сюжета.
Похоже, «Ставка на невинность (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Выбор пал на него, потому что оно относительно мне по фигуре. Я же решила, что пора Бергмана готовить к моему преображению.
Я не учла одного. Трикотаж кое-где вытерся и истончился, и натянулся этими местами на моей груди. Вишенкой на торте становятся нагло торчащие соски.
Разглядев всю эту порнографию, Бергман срочно запахивает на мне пальто.
— Ну Левина! — сглатывает он. — В машину! Никакой еды, пока мы не купим тебе хотя бы лифчик!
Глава 13. Аксессуары и проблемы, вызванные ими
— Стоматологам, что, так хреново платят? — никак не может угомониться Бергман.
Ну не объяснять же ему, что я, как любая нормальная тридцатилетняя женщина, ненавижу каблуки, колготки и лифчики. Ходит легенда, что, если после рабочего дня зайти в квартиру и сразу снять все вышеупомянутое, то можно умереть от оргазма.
Верю.
И вот после массажа последнее, чего мне хотелось, это снова заковывать себя в броню.
Я и чулки ношу не потому, что секси-атрибут, а потому, что у меня в колготках задница чешется. Этого Бергману тоже знать не стоит…
Ну, под юбку он ко мне не полезет, так что хоть за них оправдываться не придется. Пусть верит, что в гости к Розе Моисеевне я их только ради него надела.
— Герман, смотри на дорогу! — рявкаю нервно, потому что нам сигналят, а он все прожигает взглядом мое пальто в том районе, где под розовым вязаным шарфом прячутся испуганные сиськи.
На самом деле, мне и самой немного не по себе.
На такой эффект я совершенно не рассчитывала.
Достаточно того, что Герман познакомился с розовыми трусами. Соски — это уже немного чересчур. Да и вообще, вдруг он успел заметить, что одна грудь у меня чуть больше, а сосок чуть ниже?
Какого хрена я вообще об этом думаю?
— Ты развратница, что устроила? Коленки эти, духи и э… прелести бесстыжие! Дай мне телефон твоей матери, я ей расскажу, что она тебе не то запрещает!
Представляю выражение лица маман, с которой мы благополучно разъехались по разным жилплощадям лет пять уже как.
Чего Бергман-то бесится? Его малолетки шире ремня ничего не носят.
— Еще ладно я! Но на твои… твою… туда тебе пялились все! Даже администратор!"
"Ой, ну это он преувеличивает. Герман с такой скоростью завернул меня в пальто, что трикотажная эротика досталась только ему.
