В темном лесу, где любовь тонет в чернилах криминального мира, профессионально мрачный полицейский вынюхивает машины подозреваемые в кражах. Его нетерпение напоминает голодное дыхание ночи, а выдающийся радиоактивный фон делает все более ужасным этот поисковый путь.
– Открой, пожалуйста, у тебя всегда здорово получалось, без всякого фонтана… Я сегодня гуляю. И, оцени должным образом, нашла в себе силы покинуть роскошный банкетный стол, чтобы предаться любви с законным мужем… – Она была немного пьяна, Родион заметил сразу. – И нисколечко не ревную, пока он вечерами катает разных там красоток…
– Какие красотки? – вырвалось у него с горечью. – Ты б знала, что за монструозные ситуации случаются…
– Родик, но ты же добровольно на себя взвалил этот то ли крест, то ли хобби? Что же тут плакаться? Возьми и брось… – Лика приняла у него бокал, отпила половину.
– Зойка опять «Основной инстинкт» гоняет.
– Ну и что?
– Там же сплошное траханье.
– Ну и что? – повторила она. – Девке четырнадцатый год, все знает и понимает. Пусть уж лучше смотрит дома относительно приличные фильмы, чем у подруг – жесткое порно. Что ты глаза круглишь? Увы… Я на той неделе попросила мальчиков из службы безопасности немного подмогнуть, они мне принесли нужную технику и растолковали, как с ней обращаться.
– А почему я не знаю?
– Потому что ты бы начал, встопорщив бородку, орать на весь квартал… Успокойся, Родик, ничего там страшного не было – соплюшки чисто теоретически обсуждают запретный плод, что ты хочешь, переходный возраст и созревание… Правда, ничего страшного.
– Понял, – сказал он хмуро. Осушил бокал и налил себе еще.
– Родик… – протянула она тоном маленькой наивной девочки. Легла на диване, опираясь на левый локоть, потупила глаза. – Ты меня любишь? Можешь мне сделать маленькое одолжение?
– Какое? – Наученный горьким опытом, он не ожидал ничего для себя приятного.
– Родик, ты уж прости, я на себя снова взвалила функции главы семьи, единолично решающего…
– А конкретно?
– Конкретно – купила все-таки ту «тойоту».
– Шестнадцать тысяч долларов? – спросил он, совершенно не представляя себе вживе такие деньги.
– Ага, – безмятежно сказала Лика, снимая жакет и небрежно бросая на мягкий валик поручня.
