В темном лесу, где любовь тонет в чернилах криминального мира, профессионально мрачный полицейский вынюхивает машины подозреваемые в кражах. Его нетерпение напоминает голодное дыхание ночи, а выдающийся радиоактивный фон делает все более ужасным этот поисковый путь.
– Ну и наплевать, какие наши годы, еще заработаем этой зелени… Зато есть у нас теперь «тойота» двухлетнего возраста, что прямо-таки роскошно, учитывая отсутствие пробега по нашей великой и необъятной… Такое дело надо обмыть. Разливай, а потом я еще принесу, прихватила несколько…
– Понятно, – сказал он, разливая по бокалам остатки шампанского. – Теперь еще начнешь учиться вдобавок ко всему, вообще дома тебя не увидишь…
– В том-то и фокус, что не хочется мне учиться, – сообщила Лика. – Боюсь я баранки, откровенно говорю, ты же знаешь… Родик, ты меня любишь?
– Короче?
– Короче – по совершенно достоверным данным, ваш «Шантармаш» вскоре окончательно закрывают на полгодика.
– А кого возить?
– А меня, – сказала Лика. – На нашей «тойоте» в сиреневый металлик… кстати, удивительно подходит к этому костюмчику, правда?
– Ну, знаешь…
– А что? – Лика смотрела на него с ненаигранным удивлением.
"Он прекрасно понимал, что это неминуемо стало бы для него очередным унижением – еще похуже, чем ходить с ней в гости к ее сослуживцам и знакомым из того же круга.
– Ну, надумал? – спросила Лика.
