Мне тяжело дышать от волнения: каждый шаг возвращения домой кажется знаком приближающейся смерти бабушки. Каждую ночь я мечтала о том, как буду жить без нее и что делать дальше. Пока сердце сопротивляется мысли о том, что однажды вернусь в мир без этого оттенка неба — своего светлого, теплого солнечного дня....
- Это вообще кто такой? – отрываясь от меня, спрашивает мой мужчина, беря на руки и неся в спальню.
Совсем неожиданно для всех меня прорывает. Всхлипывая, рассказываю все, что произошло за последние полчаса. Добавляю, что Ритка Максима преступником обозвала. А мама почему-то решила, что мой мужчина очень взрослый. О том, что я «проститутка» не сказала: неудобно было о таком рассказывать. Друзья Макса в комнате, они слышат мой сумбурный рассказ. Желваки Макса приходят в движения: мой мужчина вновь злится.
- Почему я об этом узнаю только сейчас? – строго спрашивает он.
- Я не думала, что мама решится на такое.
- Знал бы ты раньше, этот «женишок» отсюда бы живым не ушел, - спокойно произносит один из его друзей, а другой согласно кивает.
- Где сейчас твоя мать? - уже спокойнее спрашивает Макс после того, как мне удается его убедить, что со мной все в порядке.
- В магазин с отчимом пошли, должны скоро вернуться, - подняла глаза на часы.
- Хорошо.
Я вздрагиваю от его холодного тона.
- Аптечка есть? – спрашивает парень, во внешности которого прослеживаются восточные черты.
- Да.
- Саша, познакомься, это мои друзья.
Я пытаюсь встать с дивана, но кто мне позволит? Руки Макса крепко удерживают возле себя.
- Рома, - улыбается мне мужчина, который удерживал меня в коридоре.
Помню, Макс говорил, что он – адвокат.
- Игнат.
Про этого я и сама уже догадалась.
- Приятно познакомиться! – отчего-то чувствую себя неловко, словно нахожусь под прицелом камер.
- Взаимно! - в один голос произносят они.
- Где я могу взять аптечку? – повторяет свой вопрос Игнат.
Я вспоминаю, что он врач.
- В кухне над плитой висит шкафчик… - не успеваю подробно объяснить – он выходит из спальни.
- Найдет, - равнодушно кидает Макс."
"Игнат приносит аптечку, раскладывает содержимое на столе, хмурится, когда достает бабушкины лекарства, которые я до сих пор не выкинула. Нервно посматриваю на часы, хоть и пытаюсь улыбаться, сердце тревожно стучит.
«Что будет, когда придет мама? На адекватную реакцию рассчитывать не стоит»
Игнат обрабатывает Максу костяшки пальцев, затем капает что-то в стакан с водой.
- Давай, пей, - протягивает этот стакан мне. - Валериана, - впервые улыбается, и лицо его сразу меняется.
Такая улыбка, наверное, у Змея-искусителя. Накапай он мне яда, выпила бы.
Говорим мы в основном с Романом, остальные слушают. Он интересуется моей жизнью: задает обычные в таких случаях вопросы, шутит, расспрашивает подробно о моем детстве, о бабушке, о маме.
