Автор
Осень медленно наступает, освещая августовские дни яркой, но все более тихой краской. В темные часы ночи под городским парком Горького искреннее молчание становится ветерком прохлады, где каждое звукоизменение привлекает внимание. Здесь можно укрыться от мира, наблюдая за луной, пробивающейся сквозь листву, или просто глядя на бесконечную водную даль....
Игнат громко через нос втянул воздух. Опустил свои руки поверх моих и несильно сжал. Его горящий страстью взгляд заставлял мое тело медленно плавиться. Я забыла о том, что лежу на столе и меня собираются зашивать. Сейчас во мне проснулась женщина, которая безумно хотела этого мужчину.
Воронов отвел мои руки в стороны, большими пальцами прошелся по соскам, которые уже сжались в тугие комочки. А потом его внимание переключилось на бинты. Передо мной уже стоял врач-профессионал, а не мужчина.
— Еще раз ты посмеешь рисковать своей жизнью, я не знаю, что с тобой сделаю! — он как раз открыл рану, из которой все еще текла кровь.
— Я спасла жену твоего друга, — гордо заявила я.
— Мелкая, ты слишком смелая. Мне это не нравится. Даже думать не хочу, что с тобой… — оборвал он свою речь. В этот момент в кабинет вошла медсестра.
Пока меня бережно зашивали, я все думала о том, что хотел сказать Игнат. Сейчас я видела перед собой профессионала, а мне так приятно было хоть ненадолго увидеть ту страсть, которую однажды в полной мере испытала.
— Такую красавицу даже шрам бы не испортил, но Игнат Валерьевич так постарался, что следа не останется. Так что не переживайте. Такого идеально шва я еще не видела, — улыбнулась мне медсестра.
— Спасибо, успокоили, а то я уже расстроилась, кто меня такую замуж возьмет, — пошутила я. Шов я не видела, но если говорят, что все в порядке, поверю на слово.
— Найдется такой! — серьезно сказал Игнат глядя прямо в глаза.
*** ***
Ева
— Мелкая, до вечера побудешь в больнице. После работы я тебя заберу, — заявил Воронов, когда мы вышли из рентген кабинета. Ребра мои были в порядке.
— Не хочу оставаться в больнице, на меня не очень хорошо действует эта атмосфера.
— Тогда ты выбрала не ту профессию, Ева, — тут же нашелся ответ у Воронова.
— Не буду я ложиться в больницу! — меня до дрожи пугала перспектива столкнуться нос к носу с отцом или братом.
— Это только до вечера. Не спорь с взрослым и умным мужчиной, Мелкая, — нагло ухмыльнувшись, он повел меня к лестнице.
Не спорь, а мне что делать?! Таня с Олей уже несколько раз звонили,
интересовались моим здоровьем. Я написала им сообщение, запретила и близко подходить к хирургическому отделению. Не хватало, чтобы весь курс собрался и мой папочка пожаловал на шум.
К нам подошли Максим и Саша. О том, что легко отделалась, они уже знали, но уходить не спешили.
