Автор
В Петербурге Лыков оказался под запрещенной чужой властью: генерал-майор Курлов обвинял его в невиновных действиях. Здесь он столкнулся с темной стороной российской жизни, где право и закон служат лишь средством для власти над простыми людьми. Столица беглых: тенистый мир преступлений и независимых от общества людей, где каждый шаг подозревается в недобросовестности, а признание невиновности каритает смерть....
Шестой десяток идет! А он будто юноша…
Неизвестно, как бы провел сыщик эту ночь, но возле воспитательного дома Базанова его окликнул надзиратель Франчук:
— Алексей Николаевич! А я вас всюду разыскиваю.
— Как и я вас, Федор Степанович. Вот, иду с Луговой. Ну, что скажете насчет Чалдона?
— Он готов встретиться нынче же, но только чтоб один на один.
Лыков опешил:
— Как быстро вы, однако, справились. Будто точно знаете, где маз прячется. Ведь знаете? А в документах написано, что пять лет поймать не можете.
— Да очень просто объясняется, — спокойно ответил надзиратель.
— И кем она там служит? Женская прислуга в чаевых запрещена.
— Проституткой.
Питерец еще более поразился:
— И ваш брат держит у себя в заведении публичных женщин?
— Конечно. Все держат, иначе к тебе ходить не будут. И водку разливают, когда попросят. Как будто вы не знали… Нет такого заведения, которое занимается лишь тем, что написано в патенте. За всю Россию не скажу, но у нас в Иркутске точно нет.
— Так вы за это обязаны отобрать патент.
— Мы и отбираем, — согласился Франчук. — На этой неделе три уже… как это? Аннулировали. Молочную лавку Купчинского, квасную Пожасова и пивную Кравчука.
— А вашего брата почему не аннулируют?
Франчук удивился:
— Кто же его аннулирует, ежели он мой брат? Вот если выгонят из полиции, только тогда…
Коллежский советник махнул рукой:"
"— Черт с ней, с этой торговлей. Где и когда я увижусь с мазом?
— В два часа ночи в Заиркутном городке, за переселенческим пунктом, возле военной водокачки.
Алексей Николаевич задумался. Заиркутный городок — особый выселок на левом берегу Ангары, где квартируют части гарнизона.
— Войска из лагерей уже вернулись?
— Еще нет, до конца августа простоят в палатках.
— Значит, армия пока не в городке?
— Там оставлены караульные команды. Иначе народ все растащит! По одной роте всегда живут в городке. Войска получается много. Двадцать пятый генерала Кондратенко и Двадцать шестой стрелковые полки.
— И как мы с Чалдоном там встречаться будем? Всюду караулы. Нас еще подстрелят.
— Водокачка не охраняется, — успокоил командированного надзиратель. — Она не в самом городке, а на берегу реки Иркут. Близ железнодорожного моста.
— А как попасть туда в два часа ночи? Когда плашкоутный мост разводят?
— С четырех до половины шестого утра, успеете.
