Май 1773 года. Нижнее Дунайское побережье: луна скользит по небу, заливая зловещим светом степь и крутые берега, переливаются в реке сплетенные колючие заросли, а вокруг – легкий запах полыни и яблоневых цветов. Тишина тихой лунной ночью не кажется пустотой, а живостью природы....
Алексей этой развязки не видел – выбравшись через заросли в город, улепетывал со всех ног следом за своими спутниками.
– Стойте, – державшийся впереди бородач резко замер и, обернувшись, махнул рукой. – Осмотреться надоть. Никита и загребные где?
– До, видать там, у моря остались… Поплыли.
– Ну, да Господь им в помощь, – перекрестился коренастый. – А нам, робяты, ждать некогда. Не ровен час – стража. Тако мыслю – потихоньку пойдем. Токмо бы никто не заприметил."
"Ну да, компания трех полуголых мужиков, пробирающаяся по ночному городу, выглядела на редкость странно.
Фиг! Просто два горящих факела, вставленные в стены! Небольшая площадь, глухие заборы с воротами, журчащий фонтан.
– Недалеко уже, – бородач держался спокойно, как и следовало старшему. Никодим и Ляшин безоговорочно ему подчинялись.
– Меня Тимофеем кличут.
Ну, наконец-то познакомились!
– А я – Алексей.
– Тсс! – настороженно прислушавшись, Никодим приложил палец к губам.
Где-то за углом вдруг послышались голоса. Молодые, веселые…
Не сговариваясь, беглецы бросились кто куда. Никодим и бородач укрылись в какой-то темной нише, Ляшин же схоронился за фонтаном, в кустах. Неплохое оказалось место – мягкая травка, акации… Вокруг чем-то пахло, одуряще сладко, приятно… Сирень цветет, господи!
– А-ха-ха! – с молодецким смехом на площадь вывалила компания, трое парней и одна девушка с открытым лицом и сильно подведенными глазами, что было заметно даже при свете факелов.
