Лорд Баннор, теперь старый и изможденный, стал легендой в Аралионе за свои нещадные споры и скандалы. С каждым днем его появление было источником раздора среди аристократов. Теперь он мирно взял покой, но тайна убийства продолжает шептаться в глубине города. Кто станет свахой для дракона?...
Конечно, со стороны я смотрелась сумасшедшей девицей, которая пытается произвести впечатление, но внезапно хрустальные шары на столике передо мной засветились изнутри.
Бледно-зеленое сияние наполнило кибитку, отбрасывая на мое лицо потусторонние тени. Селофиссар, пускай и запоздало, пришла на помощь: в воздухе расплылся аромат мокрой, после грозы, земли. Рыцарь втянул его носом, полностью захваченный разыгравшейся перед ним сценкой.
– Вижу я девушку красивую – светловолосую, голубоглазую… – заунывным тоном произнесла я, закатывая глаза, будто бы в трансе предсказания, а сама…
Сама я мысленно представляла Лоркана и Снорре, что ехали в следующей повозке.
– Не потеряй свое счастье, – выдохнула я на одном дыхании и притворно обмякла, как будто обессилев. Рыцарь, замерший у повозки, наконец, пришел в себя.
– Осмотреть каждую повозку.
"Сработало! Вирания сверкнула глазами и скрыла торжествующую улыбку ладошкой. Низко поклонившись рыцарю, забралась в повозку, но не задернула шторы. Отсюда прекрасно просматривались остальные кибитки, и для меня стало неприятным удивлением, что здесь были не только рыцари Асты. В посеревших мундирах, с траурными лицами, среди каравана бродили и гвардейцы. Рыцари шпыняли их, как детей, но те не смели им и слова сказать. Прятали глаза, послушно исполняя каждый из приказов.
Снорре, скрывавший лицо за рогатой маской, показался рядом с нашей повозкой. Мышцы бугрились под кожаной безрукавкой, и меня пронзило предчувствием неприятностей. Капитан не мог просто смотреть, как его солдат унижают. Когда на его глазах пнули одно из гвардейцев, и мальчишка упал лицом в грязь, Снорре напрягся, порываясь вмешаться. Я ткнула Виранию в бок, предупреждая об опасности, но Марна успела раньше. Подметая пыльную дорогу пышной юбкой, она подплыла к Снорре, устраивая голову на широком плече.
– Простите, господа, моего мужа нервируют солдаты, – проворковала она, прильнув к Снорре в попытке успокоить, – участвовал в боях на стороне халгов. Видел, какими жестокими могут быть гвардейцы Аралиона.
Рыцари не обратили на нее никакого внимания – мощный циркач впечатлял их куда сильнее. Снорре помедлил, а затем расслабился, грубовато приобнимая ведьму за плечи.
– Пойдем, милая, – глухо донеслось из-за маски, когда парочка удалилась из поля зрения.
