Приглашает вас к философскому обеду у графини, где мир парадоксально объединяется и разлагается. Здесь каждая тонкость — от изысканного чая до сладкого сиропа — напоминает о величии человеческой души и её неустойчивости. В мире, где быстротелковые идеи стремительно мутфоникуют, волшебство вечности тонко присутствует, как изящный лепесток, закрепленный серповатыми когтями времени....
Видя, что вся суть в курьезе,
Сафочка хохочет: ""Ах!
Право, в грациозной позе
Вы повергнулись во прах!""
XXXV
В приключенье столь нежданном
Полетавши кувырком,
Серж отделался изъяном
В платье, страхом, синяком.
И затем вся кавалькада,
Без дальнейших авантюр,
Выходящих вон из ряда.
Понеслась, но Серж был хмур.
Промелькнули Ай-Никиты
Сакли, кровли, огоньки, --
Серж молчал, на мир сердитый
Полный гнева и тоски.
И Массандру так же немо
Он проехал, -- и в тени
Дальних гор, как диадема,
Ялты вспыхнули огни.
XXXVI
Воздух спал, цикады трели
Четко раздавались в нем.
Светляки в кустах горели
Фосфорическим огнем.
Там, среди зеленых кущей,
Ароматна и тепла,
Ночь, затеплив свет зовущий,
Маяки любви зажгла.
И в избытки упоенья
Снов, желаний и страстей,
Не само ли наслажденье
Там светилось в тьме ветвей?
Мир дышал волшебным чудом,
И огни влюбленных грез
Рассыпались изумрудом
По траве и в почках роз.
ХХХVII
И во всем живая сила
Страстных грез отозвалась...
-- Я люблю вас! - говорила
Анна, к Дмитрию склонясь.
Руку сжав ее в перчатке,
Заглянув ей в глубь очей,
Он узнал в них тот же шаткий
И манящий блеск ночей,
Тот же свет зовущей страсти.
Что горел в кустах, в траве,
Полный нежности и власти,
Весь сиявший в торжестве...
Он узнал в них счастье ласки
И прочел любви печаль,
И мечты той лунной сказки.
Что рассказывала даль.
XXXVIII
Но довольно! Amoroso
Я кончаю, пылко спев.
Здесь есть все: мечта и роза,
Свет луны и вздохи дев.
Даже, есть немного чувства
И немало чепухи.
О, поэзии искусство
И певучие стихи!
Я люблю вас, но в конфузе
И забыв поэта спесь,
Признаюсь лукавой музе,
Что приличней пенье здесь.
Тенор, сжалься над поэтом!
Славный Фигнер, вас зову!
Con amore спев фальцетом,
Заключите мне главу!
ГЛАВА ПЯТАЯ
ГЛИЦИНИЯ
On a dans lвmе une tendresse
Oъ tremblent toutes les douleurs,
Et c'est parfois une caresse,
Qui trouble et fait germer les pleurs.
Sulli-Prudhomme.
I
-- Мы в садах цветущей Эи!
-- Муз и Граций здесь приют!
И, смеясь, в чертог Цирцеи
Дмитрий, Серж и граф идут.
Улиц вид здесь был пустынней...
Серж калитки взял кольцо, --
Свежим запахом глициний
Им повеяло в лицо.
Посреди акаций белых,
Снежных листьев, алых роз,
В очарованных пределах
Кипарис зеленый рос.
Плеск воды, фонтана мрамор,
Виллы сказочный чертог...
Вместо ""salve"" слово ""amor""
Украшало там порог.
II
Кисти крупные глициний
Убирали весь фасад.
Был обвит гирляндой синей
Там балкон, сходивший в сад.