Автор
Я – свидетель. Проникшись этим осознанием, я чувствую легкость в душе. Вместе со мной окружение расширяется: мы несем за собой отражение своего мира. Моя семья и бабушка Кира тесно связаны с моими заботами и страхами, создавая атмосферу напряженности и неопределенности....
– Ну, вы так разговариваете все время… с матом. Зачем?
– А чё такого-то? – пожал плечами Саенко.
– Да это же плохо для вас, – напрягался Саша, собирая воедино все свое красноречие.
Я слушала их разговор с возрастающим интересом.
– Ништяк, – возразил Саенко, расставляя трансформеры.
Шадт пересел за другую парту, оставив им игрушки. Но те двое, потолкавшись немного, начали дурачиться и кривляться. Они не умели играть без Шадта. Он был их направляющий.
– Да ладно, Санек, айда играть. У нас в интернате все так говорят, как мы.
И они были правы. Мне было интересно, как поведет себя Шадт. Он часто приносит в класс игрушки и сладости, делится со всеми. Меня всегда занимал вопрос – он таким образом хочет утвердиться среди них, или им движет что-то другое?
– Но вы же не всю жизнь будете жить в интернате! – горячо возразил Саша. – Вы же вырастете, будете работать где-нибудь. Жить среди обычных людей. Если вы не изменитесь, вас просто никто понимать не будет.
Мальчишки озадаченно молчали.
– Ну вы хотя бы послушайте, как вокруг люди говорят. Ну там… в магазине, в больнице…
– Мы чё, больные? – хохотнул Саенко, но Ширяев не поддержал его.
Сквозь щель в приоткрытой двери я видела, что он слушает Шадта открыв рот. На лице Ширяева отражался сложный мыслительный процесс.
– Ладно, айда играть, мы не будем материться. Да, Димыч?
Саенко кивнул.
Шадт вернулся к ним за парту, и игра продолжилась.
Я взялась за ручку двери, но увидела, что по коридору ко мне торопливо направляется завуч.
– Светлана Николаевна, вы не сдали сведения по прогульщикам!
– У меня один. Скворцов с прошлых выходных отсутствует.
– Так что же вы тянете?
– Надеюсь, что сегодня появится.
– Если не появится, придется навестить в выходные. В понедельник мне доложите, Светлана Николаевна.
Кондратьева развернулась и застучала каблучками. А по коридору мне навстречу уже неслась Карина Грошева. Я нырнула в класс.
Конечно же, Скворцов не пришел.
В субботу я отправилась разыскивать Скворцова. С собой потащила Ксюшку – долг платежом красен. Не только мне сломя голову мчаться по ее первому зову. У меня имелась бумажка с адресом ученика, и это, конечно же, оказалось у черта на куличках. Улица Заовражная, 91. Одно название уже навевало тоску и безнадегу. Это где-то за пределами Простоквашино, за заводом, за переездом, в частном секторе. Пока доберешься, ноги переломаешь.
