В этой книге ты окажешься в потрясающей ситуации: бесправной рабыне, которую превратили из юриста в бесправную собственность могущественного дракона. Страх и нервное напряжение переполняют тебя, когда понимаешь, что бежать тебе некуда — только одна застекленная комната со склоняющимся над тобой драконом....
Мы молчали, и я уже начала думать о том, что зря начала подозревать Сорина в том, что он искал моего общества. Возможно, его появление в этом зале — это действительно просто желание погреть кости у огня.
— Ты знаешь, что после вынашивания ребенка вире полагается пожизненное содержание? — наконец нарушил тишину Сорин, и я вздрогнула.
— Это если ее не сжигают заживо.
— Кто тебе такое сказал? — Сорин оторвал взгляд от огня и нахмурился.
— Аллегра. Если я не смогу выносить ребенка — ты сожжешь меня заживо.
Сорин фыркнул.
— И ты поверила той, кто планировал кормить тебя свиным жиром и держать в постели все время беременности?
— То есть, никаких костров не планируется? — улыбнулась я.
Не то чтобы я в самом деле этого опасалась, но знать наверняка все-таки было приятно.
Покачав головой, Сорин ответил:
— Я могу сделать это как твой суверен. Для этого тебе даже не нужно быть моей вирой, достаточно того, что ты живешь на моей земле. Но какой смысл тебя сжигать? Какое-то варварство.
— Ты все равно считаешь, что человек никогда не будет равен дракону, — уколола я. — Мы же для тебя… кто-то вроде скота, так?
Сорин нахмурился сильнее.
— Только полный дурак относится к своим подданным как к скоту. Я, смею надеяться, к числу дураков не отношусь, и уважаю людей так же, как и драконов.
— Да что ты говоришь, — ехидно начала я. — А как же…
— Люди и драконы не равны, — отрезал Сорин, — тот, кто это отрицает, такой же дурак. Вы — хрупкие, вы живете совсем недолго.
— Драконицы тоже могут рожать.
Сорин покачал головой.
— Не все на это способны. Драконьи семьи, которые не прибегают к помощи человеческих мужчин и женщин, со временем вырождаются.
Может, у драконов генетические проблемы? Как в семьях древних монарших особ, где из-за длинной череды близкородственных браков со временем переставали рождаться здоровые дети?
Собственно, дело было даже не в этом: незамутненность Сорина разозлила до белых пятен перед глазами.
"— Как твой род? — прищурилась я, не сумев сдержаться. — Считаешь себя, наверное, очень разумным, раз нарушил традицию и взял виру? Ну конечно! Ты себя слышишь со стороны? «Прибегают к помощи человеческих мужчин и женщин»? Знаешь, как это должно называться? Браком! Люди не инкубаторы и не поставщики спермы. Мы не расходный материал! — на лице Сорина появилась такая искренняя озадаченность, что я вышла из себя еще сильнее.
