В этой книге ты окажешься в потрясающей ситуации: бесправной рабыне, которую превратили из юриста в бесправную собственность могущественного дракона. Страх и нервное напряжение переполняют тебя, когда понимаешь, что бежать тебе некуда — только одна застекленная комната со склоняющимся над тобой драконом....
Если бы не поручительство герцога де Драго, мне не позволили бы учиться. Потому что я не дракон. Если это порядок, установленный Огненным, то я не желаю такого бога.
Он дерзко взглянул на меня, и я пожала плечами. Если он ожидал, что я ужаснусь и попрошу его не говорить глупостей, то он явно не на ту напал.
Во-первых, я была против дискриминации во всех формах, и не только потому, что это нехорошо, но и потому, что это непрактично и довольно глупо. Во-вторых, за время пребывания в этом мире я успела хлебнуть достаточно шовинистического к себе отношения.
— И все-таки он заставил тебя работать в должности секретаря, — упрямо заметила я.
Неожиданно Вириан засмеялся.
— Ты правда думаешь, что у меня были другие варианты? Очнись, Кэтэлина, я же человек. Максимум, что я бы мог без покровительства герцога, — стать старостой в родной деревне, а так… — Он посмотрел на заваленный бумагами и книгами стол. — Давай вернемся к работе.
Пожав плечами, я кивнула.
И все-таки сосредоточиться было сложно.
— Сорин считает, что человек никогда не будет равен дракону, — тихо сказала я, и Вириан не нашелся с тем, что ответить — только ниже склонился над бумагами и демонстративно заскрипел пером.
Выбросить Сорина из головы не получалось, и не только потому, что работали мы сейчас в его библиотеке и разбирали документы его семьи. Просто Сорин снился мне вот уже которую ночь. К сожалению, это были не кошмары, в которых я убегала от страшного преследующего меня дракона, и даже не эротические сны, появление которых я могла бы списать на гормоны.
В моих снах мы с Сорином разговаривали о чем-то бесконечно долго, рядом с нами играли мальчик и девочка с черными глазами Сорина и моими темными волосами. В моих снах Сорин мне улыбался, ласково держал за руку. После таких снов было особенно больно просыпаться, трогать кончиками пальцев ошейник и прислушиваться к ощущениям внутри, где прямо сейчас рос крохотный ребенок, на которого я не имела никаких прав.
Тот момент, когда Сорин появился на пороге библиотеки, я почувствовала всей кожей. Как будто воздух вдруг сгустился, и я могла бы поклясться, что моей спины коснулся тяжелый ироничный взгляд."
"Обернувшись, я встала, и Вириан последовал моему примеру, столкнув со стола тяжелый фолиант.
— В-в-ваша светлость, — прозаикался он. — Добрый день.
— А я говорила, что они по нескольку часов здесь сидят, — выступила из-за спины Сорина леди Аллегра.
