Поезд древний и скрипучий, составлен из разнородных вагонов — от общих до плацкартных. Колеса бодро хлопочут по путям, ускоряясь с каждым километром. Вокруг лишь безымянный полустанок и бесконечная серость степной простор, наполняя атмосферу тихой тревогой.
"
"– И теперь ты обижен на весь свет и на меня в частности, – бросил он сидельцу в спину. – Ты женщину убил, не забывай. Нашу, советскую, и всего лишь за то, что она тебя, такого бравого офицера, ублажить не пожелала.
– Да пошел ты, – огрызнулся через плечо Головаш.
В центральной части города уже кипела жизнь, спешили люди. Из ворот выезжал старенький «ГАЗ-64» с вооруженными милиционерами.
Перед зданием МВД стояла знакомая «эмка». Опустились оба стекла на правой стороне. Алексей замедлил шаг. Нет, не то, что он подумал.
– Вы позволите на минуточку, Алексей Макарович? – вкрадчиво сказал Мирский.
– Спасибо, Игорь Борисович, я уже курил, – отозвался Алексей.
– Неужели? – Темные брови поползли вверх. – Это не очень вежливо, Алексей Макарович.
– Вы могли бы выйти из машины, если хотите побеседовать, – парировал Черкасов. – Это тоже не очень вежливо. Сказанное не относится, разумеется, к дамам. – Алексей расшаркался с издевательской манерностью. Дама тоже удивилась – так, совсем немного.
– О, вы меня успокоили, товарищ капитан…
– Не будем заниматься словоблудием, – капитан Мирский недовольно поморщился. – Кое-кто забыл о наших договоренностях.
– Упустили, Игорь Борисович, – нараспев произнесла женщина. – Люди капитана работали по всем упомянутым эпизодам, а мы об их скромных достижениях вынуждены узнавать от сторонних лиц и организаций.
